— Тогда я не могу оставаться здесь — не могу, слышите! — Танит вновь попыталась вырваться. — Неужели вы не понимаете, что, если он всего лишь дилетант, ему не под силу защитить меня?

— Что вы так волнуетесь. Пока я рядом с вами, никто вас и пальцем не коснется.

— Идиот, вы абсолютно ничего не понимаете! — в отчаянии причитала она. — Силы тьмы не отступают перед кулаками или железками. Если я сегодня вечером не приеду к Мокате, он, едва я засну, пошлет ко мне духа преисподней, и к утру я буду мертва или превращусь в бредящего лунатика.

Рэкс не рассмеялся. Он знал, что она сильно испугана. Поэтому он как можно мягче произнес:

— Ну, пожалуйста, прошу вас, не беспокойтесь. Де Ришло прекрасно понимает всю серьезность ситуации. Он долго пытался убедить меня в этом, но я, как дурак, не хотел верить ему до тех пор, пока своими глазами не увидел такое, о чем не хочу даже вспоминать; однако я абсолютно уверен, что он не станет подвергать вас ненужному риску.

— Так позвольте же мне вернуться в Лондон.

— Нет. Он просил меня привезти вас сюда для того, чтобы встретиться с вами — и я выполнил его просьбу. Сейчас мы отправимся на ленч, а потом, когда приедет герцог, поговорим об этом. Он либо гарантирует вашу безопасность, либо отпустит вас.

— Он не сможет защитить меня, уверяю вас. И, во всяком случае, я хочу присутствовать на шабаше.

— Хотите?! — откликнулся Рэкс, мотнув головой. — Что ж, воля ваша. Однако, мне кажется, вы плохо представляете себе, чему вы можете там подвергнуться, поэтому я не намерен отпускать вас.

— Вы хотите силой удержать меня?

— Да!

— А если я закричу?

— Пожалуйста. Герцог оставил меня за хозяина. Если вы завопите, слуги и бровью не поведут, а кроме них во всей округе никого нет.

Танит быстро огляделась. До ее слуха не доносилось ни единого звука, и в хорошо ухоженном саду царила задумчивая тишина. Молчащий дом мирно поблескивал в лучах яркого солнца. Наступило время ленча, и жители деревни, видимо, отдавали ему должное. Она поняла, что оказалась в ловушке. Только хитрость могла теперь помочь ей, а ее страх перед Мокатой был настолько силен, что она намеревалась воспользоваться первой же возможностью, чтобы сбежать отсюда.

— Вы не станете мешать мне, если герцог, приехав, разрешит мне уйти? — спросила она.

— Нет, даю вам слово.

— Хорошо, тогда я согласна.

— Прекрасно, идемте же. — Он повел ее обратно к дому и позвал Макса, который немедленно появился из-за двери, ведущей в столовую.

— Мы решили отправиться на реку, — сообщил ему Рэкс, — соберите корзинку с ленчем и приготовьте моторную лодку.

Понимая, что Танит может попытаться улизнуть, он решил действовать энергично. Оставшись с ней с глазу на глаз в лодке, он без всякого риска — если только она не захочет прыгнуть за борт — сможет охранять ее до приезда герцога.

— Слушаю, сэр, я немедленно займусь этим. — Макс тут же исчез, а Рэкс повел Танит обратно на веранду, где ее дожидался нетронутый коктейль. Он убедил девушку попробовать напиток, а затем уговорил ее повторить. Появился Макс и доложил, что все готово.

— Прекрасно! Прошу вас, — распахнул ей дверь Рэкс. Они пересекли залитый солнцем газон с разноцветными клумбами тюльпанов, желтофиолей и незабудок. У кромки воды находился выкрашенный белой краской мостик, и около него покачивалась на плаву большая лодка с мотором.

Танит устроилась на сиденьи в центре, а Рэкс взялся за руль. За кормой вспенилась вода, и вскоре они были уже на середине реки, направляясь в сторону Горинга. Однако он счел за лучшее не приближаться к шлюзу, где она смогла бы позвать на помощь сторожа и выбрал маленькую заводь ниже плотины.

Привязав лодку к ветвям низко склонившейся над водой ивы, он начал доставать пакеты и свертки с едой.

— Смелее, — увещевал ее он, — интендантством всегда занимаются девушки. Забудем обо всем на время и посмотрим, что для нас приготовили.

Она чуть печально улыбнулась.

— Если бы я знала, что вы отдаете себе отчет в ваших действиях, я назвала бы вас отважнейшим из всех людей, встречавшихся мне.

Он резко обернулся.

— Повторите еще разок. Я в восторге от звучания вашего голоса.

— Глупости! — зарделась Танит и, смущенно рассмеявшись, стала разворачивать салфетки. — Тут есть сыр, ветчина и язык, салат, устрицы. Нам никогда не съесть столько — о, взгляните! — она вытащила маленькую коробочку с красными ягодами. — Fraises des bois.