Шрифт:
Абаев обернулся к девушке и открыл деревянную крышку кадушки. Взяв с подноса большую цветастую пиалу, он зачерпнув ею кумыса и наклонился к Бельцину:
– На, Владимир Николаевич… Пробуй! Это специальный кумыс – праздничный!
Бельцин обеими руками аккуратно взял пиалу, осторожно поднес ее ко рту, а затем большими глотками осушил ее до дна – при этом белые струйки кумыса побежали у него по краям губ, по подбородку и закапали на белую сорочку. Допив, он вернул пиалу Абаеву.
– Ну, как? – поинтересовался Абаев, забирая у него глубокую пиалу.
– Хорошо, только немного непривычно! – ответил Бельцин. Коротко икнув, он утер губы заботливо поданным девушкой полотенцем. Абаев обернулся к гостям.
– Знаю, знаю, что вы думаете! – сказал он хитро. – Мол, нам Абаев тут сказки рассказывает, а потом своей экзотикой попотчует, у нас у всех животы посводит… Так? Не беспокойтесь, уважаемые! Ещё Владимир Даль, создатель словаря русского языка, полтора века тому назад говорил, что предпочитает кумыс всем другим напиткам! А сто лет назад русские врачи организовали в России целую школу кумысолечения… Кумысом в царской России лечили и туберкулез, и болезни желудка, и даже нервные расстройства… И хорошо лечили, между прочим! Ну, друзья, я не буду вас больше утомлять… Прошу к столу! Для непосвященных только напомню, что плов едят руками… Ложки, вилки и прочие атрибуты европейской цивилизации здесь не используются… Эй, красавицы, – обратился Абаев к стоящим чуть поодаль девушкам. – Дайте-ка гостям воды руки вымыть! Да, и кстати… – он снова повернулся к гостям. – Чуть не забыл! Запивать плов полагается зеленым чаем….
Последнее замечание хозяина вызвало со стороны приглашенных единодушный, разочарованный гул.
– Улан Абишевич, коль уж у нас состав интернациональный, пусть уж и стол будет интернациональным. – выразил мнение русской делегации Бельцин. – Предлагаю внести некоторую новацию в трапезу, раз уж мы все равно ее изменили… Считаю, что в меню должны присутствовать вино и водка! У русских говорят, – чем крепче напитки на столе, тем крепче дружба за столом!
Абаев хотел было что-то возразить, но тут к нему неслышно подошел адъютант и наклонившись так, что бы никто не слышал, зашептал на ухо:
– Улан Абишевич, вас просит к телефону госсекретарь Соединенных Штатов. Предупредили, что разговор будет строго конфиденциальный…
Абаев бесстрастно выслушал его, и его широкое скуластое лицо не выразило ничего – ни удивления, ни растерянности. Он лишь невозмутимо обернулся к Бельцину и сказал негромко:
– Владимир Николаевич, мне тут надо отлучиться ненадолго… А ты пока побудь за тамаду…
При этом он прижал руки к груди, показывая, что крайне извиняется… Затем, надев тонкие лакированные туфли, он встал, и, обернувшись к сидящим, произнес:
– Друзья, я буквально на несколько минут вас оставлю… А пока бразды правления передаю Владимиру Николаевичу… Его предложение по поводу вина мы обсудим, как только я вернусь!
Быстрым шагом он направился в сторону юрты, где находились телефоны правительственной связи. Откинув тяжелый войлочный полог юрты, он взял лежащую на столе трубку межправительственной связи и сказал по-английски:
– Абаев слушает…
– Мистер Абаев? Вас беспокоит госсекретарь Соединенных Штатов Джон Мейер, – донеслось из трубки. – Извините… Возможно отрываю вас от неотложных дел, но дело не терпит отлагательства… Скажите, президент России Владимир Бельцин сейчас с вами?
– Да, мистер Мейер… А что случилось?
– Мистер Абаев, у нас есть основания полагать, что на Владимира Бельцина сегодня будет совершено покушение… Мы хотели связаться по этому поводу с президентом Советского Союза, но сожалению телефоны господина Михайлова не отвечают… Учитывая, что под угрозой может находиться жизнь мистера Бельцина, мы решили связаться непосредственно с вами…
Абаев молчал. На другом конце провода забеспокоились.
– Мистер Абаев, вы меня слышите?
– Да, мистер Мейер… Скажите… А известно, каким образом должно быть совершенно покушение? – По нашим данным скорее всего будет предпринята попытка сбить самолет с российским президентом. В этой связи хотелось отметить чрезвычайную активность ваших истребителей в районе… Э-э… В районе города Актьюбинск…
– Я понял, мистер Мейер, – ответил Абаев спокойно. – Спасибо за информацию…
– Желаю успеха, мистер Абаев…
Абаев положил трубку и задумался. Покушение на Бельцина? Что это? Ошибка или провокация? А вдруг действительно что-то готовится? В наше смутное время ведь всё может быть… А с другой стороны… Ему, как будущему премьеру обновленного Союза, совсем бы не помешало иметь в своей копилке такой аргумент, как предотвращение покушения на президента России! Ему бы это очень пригодилось… И для повышения авторитета… И для влияния в на Бельцина… Абаев подошел к телефону прямой связи с Президентом СССР и снял трубку. Телефон молчал – сигнала в трубке не было. Лицо у Абаева приняло озабоченное выражение.
"Похоже, что американцы все-таки не зря подняли тревогу…" – подумал он и его и без того узкие, раскосые глаза ещё больше сузились и превратились в две тонкие черные стрелочки.
– Шакен! – крикнул он адъютанта. К нему быстро подбежал молодой казах, одетый в темные брюки и белую хлопчатобумажную безрукавку, – даже в гражданке нем безошибочно угадывался военный.
– Соедините-ка меня с Центром управления воздушным движением в Алма-Ате. Побыстрей!
Адъютант исполнительно схватился за телефон. Через несколько секунд доложил: