— Миз Керрос?

— Господин судья, разумеется, эта ситуация уникальна. Предлагаю подождать двадцать четыре часа и понаблюдать за состоянием мистера Финли. Думаю, справедливо отметить, что мистер Фигг подал иск и выступал в качестве основного юриста, до тех пор пока пару дней назад не поменялся ролями с мистером Финли. Уверена, он может защищать дело в суде не хуже своего старшего партнера.

— Хорошая мысль, — согласился судья Сирайт. — Мистер Зинк, пожалуй, лучше всего вам с мистером Фиггом поспешить в больницу и выяснить, как дела у мистера Финли. Держите меня в курсе, посылая электронные письма мне и миз Керрос.

— Обязательно, господин судья.

У Оскара случился острый инфаркт миокарда. Его состояние было стабильно, но первые обследования выявили значительную закупорку трех коронарных артерий. Дэвид и Уолли провели день в томительном напряжении в зале ожидания при отделении реанимации. Они убивали время, обсуждая стратегию процесса, отправляя электронные письма судье Сирайту, утоляя голод тем, что предлагал автомат, и расхаживая по коридорам. Уолли был уверен, что ни Пола Финли, ни ее дочь Кили не пришли в больницу. Оскар съехал три месяца назад и уже с кем-то встречался, хотя и скрывал это. Ходили слухи, что Пола тоже нашла нового ухажера. В любом случае браку пришел счастливый конец, хотя им еще предстояло пережить развод.

В 16.30 медсестра подвела их к койке Оскара, чтобы они поздоровались с ним. Он бодрствовал, отовсюду торчали трубки, рядом стояли мониторы, но дышал Оскар самостоятельно.

— Отличное вступительное слово, — заметил Уолли и увидел слабую улыбку Оскара. Они не хотели упоминать о том, что процесс объявили противоречащим нормам правосудия. После нескольких неловких попыток завязать разговор оба поняли, что Оскар слишком устал и не в силах болтать, поэтому попрощались и ушли. На пороге медсестра сообщила им, что операцию назначили на семь часов утра.

В шесть часов утра Дэвид, Уолли и Рошель подошли к койке Оскара, чтобы пожелать ему удачи, прежде чем его увезут в операционную. Когда медсестра попросила их уйти, они отправились в кафетерий и позавтракали водянистой яичницей с беконом.

— Что будет с процессом? — поинтересовалась Рошель.

— Точно не знаю, но у меня предчувствие, что надолго это не затянется, — ответил Дэвид, прожевывая бекон.

Уолли помешивал кофе и наблюдал за двумя молодыми медсестрами.

— Похоже, нас обоих ждет повышение. Я стану главным, а ты пересядешь на место второго по старшинству.

— Значит, шоу продолжается? — спросила Рошель.

— О да, — произнес Дэвид. — Мы почти не имеем возможности контролировать то, что происходит сейчас. Всем заправляет «Веррик». Компания жаждет суда, потому что мечтает отомстить. Впечатляющая победа. Заголовки. Доказательства того, что чудодейственный препарат не так уж плох. И, что самое главное, судья явно на их стороне. — Он положил в рот еще кусочек бекона. — Так что у них есть факты, деньги, эксперты, талантливые юристы и судья.

— А что есть у нас? — спросила Рошель.

Юристы подумали и покачали головами:

— Ничего. У нас ничего нет.

— Пожалуй, у нас есть Айрис. — Уолли рассмеялся. — Прекрасная Айрис.

— И она даст показания перед присяжными?

— Нет. Один из ее докторов прислал электронное письмо, подтвердив, что она физически не может выступать в суде, — сказал Дэвид.

— И слава Богу, — вставил Уолли.

Без толку потратив целый час, все трое решили вернуться в офис и попытаться сделать что-то продуктивное. Дэвида и Уолли ждало множество дел перед судом. В 11.30 позвонила медсестра и сообщила хорошую новость: Оскара перевезли из операционной и он чувствует себя хорошо. Он не мог принимать посетителей еще сутки, и этому они тоже порадовались. Дэвид сообщил обо всем электронным письмом клерку судьи Сирайта и через пятнадцать минут получил ответ. Судья требовал, чтобы все юристы собрались у него в кабинете в два часа дня.

— Пожалуйста, передайте мистеру Финли, что я желаю ему здоровья, — равнодушно произнес судья Сирайт, как только юристы расселись: Дэвид и Уолли с одной стороны, Надин Керрос и четыре ее помощника — с другой.

— Спасибо, господин судья, — сказал Уолли.

— Наш новый план выглядит следующим образом, — продолжал Сирайт. — В пуле осталось тридцать четыре присяжных. Я вызову их в суд утром в пятницу, 21 октября, то есть через три дня, и мы выберем новых присяжных. В следующий понедельник, 24 октября, начнем пересмотр дела. Комментарии или проблемы?

О, множество, хотел сказать Уолли. Только с чего начать?

Юристы молчали.

Судья продолжал:

— Я понимаю, что, таким образом, у юристов истца остается немного времени, чтобы перегруппироваться, но убежден: мистер Фигг справится не хуже мистера Финли. Откровенно говоря, ни один из них не имеет опыта выступления в федеральном суде. Замена одного на другого в любом случае не повредит делу истца.

— Мы готовы к суду, — громко заявил Уолли.

— Хорошо. Теперь хочу добавить, мистер Фигг, что не потерплю больше ваших нелепых комментариев в суде, независимо от того, присутствуют ли в зале присяжные.