— Что Дэвид знает о суде?

— А что мы знаем о суде, Уолли? Ты разговариваешь со мной, своим давним партнером, а не потенциальным клиентом. Мы лаем и рычим, пытаясь затащить плохих парней в зал суда, но ты знаешь правду: мы всегда идем на мировое соглашение.

— Мы добьемся мирового соглашения и на этот раз, Оскар. Поверь мне. Я буду знать намного больше, когда вернусь из Вегаса.

— Во сколько это обойдется?

— Семечки на фоне общих сумм.

— Мы и так по уши в долгах, Уолли.

— Вовсе нет. Мы сядем на хвост большим парням и заработаем целое состояние, Оскар.

Рошель нашла дешевый номер в мотеле «Душа Рио». На фотографиях на веб-сайте красовались шикарные виды бульвара Лас-Вегаса, и складывалось впечатление, что гости отеля находятся в гуще событий. Однако на деле это было не так. Уолли понял это, когда рейсовый автобус из аэропорта наконец остановился. Высокие роскошные отели-казино еще не скрылись из виду, но остались позади в пятнадцати минутах езды. Уолли проклинал Рошель, ожидая в похожем на сауну фойе, пока его зарегистрируют. Стандартный номер в «Эм-джи-эм-гранд» стоил 400 долларов в сутки. Номер в этой дыре обходился в 125 долларов в сутки, так что разница почти покрыла стоимость билета. «Я считаю центы в ожидании богатства», — мысленно повторял Уолли, преодолевая два лестничных пролета на пути к маленькому номеру.

Он не мог арендовать машину, поскольку был признан виновным в вождении в нетрезвом виде и не имел действующих прав. Наведя справки, Уолли узнал, что из «Души Рио» автобусы отправляются на бульвар каждые полчаса. Он поиграл в игровые автоматы в фойе и заработал сто долларов. Возможно, у него выдались удачные выходные.

Автобус был битком набит полными пенсионерами. Уолли не нашел места, поэтому стоял, держась за поручни, и трясся рядом с потными людьми. Оглядываясь, он прикидывал, сколько среди них может быть жертв крейокса. Тут явно наблюдался высокий холестерин. У Уолли в карманах, как всегда, лежали визитки, но он решил не раздавать их.

Он немного побродил по казино, внимательно наблюдая за удивительно разношерстной публикой, игравшей в блэкджек, рулетку, кости — то, во что Уолли никогда не играл и не имел желания играть сейчас. Какое-то время он провел у игральных автоматов и дважды отказал симпатичной официантке, разносившей коктейли. Уолли начинал понимать, что казино — паршивое место для выздоравливающего алкоголика. В 19.00 он нашел дорогу в банкетный зал в мезонине. Два охранника преградили ему вход, и Уолли испытал облегчение, когда они нашли его имя в списке гостей. Внутри он увидел дюжины две хорошо одетых мужчин и трех женщин. Все они непринужденно болтали, угощаясь напитками. У дальней стены расставляли блюда на шведском столе. Некоторые юристы знали друг друга, но Уолли оказался не единственным новичком в этом собрании. Казалось, всем известно его имя и все осведомлены о его иске. Вскоре Уолли начал осваиваться. Джерри Алисандрос нашел его, и они обменялись рукопожатиями, как старые друзья. Люди собирались небольшими группками, там и сям завязывались разговоры. Говорили об исках, политике, последних моделях частных самолетов, домах на Карибском море, о браках и разводах. Уолли не мог ничего добавить, но, активно участвуя в происходящем, показал, что умеет слушать. Судебные юристы предпочитали говорить и иногда говорили все вместе. Уолли радостно улыбался, внимал им и потягивал содовую.

После быстрого ужина Алисандрос встал и начал свое выступление. План состоял в том, чтобы встретиться завтра утром в девять в том же месте и приступить к делу. К полудню они должны были закончить. Он несколько раз беседовал с Николасом Уокером из «Веррик» и заметил, что компания в шоке. За всю долгую историю судебных разбирательств на них ни разу не обрушивалось так много исков за столь короткое время. Они пытались хотя бы приблизительно оценить размер ущерба. Если верить экспертам, нанятым Алисандросом, количество пострадавших или погибших могло дойти до полумиллиона человек.

Сообщение о столь многочисленных страдальцах за столом восприняли благосклонно.

Потенциальные расходы «Веррик», по словам еще одного эксперта, привлеченного Алисандросом, должны были составить не меньше 5 миллиардов. Уолли не сомневался, что не он один за столом быстро выполнил в уме нехитрую операцию: подсчитал сорок процентов от пяти миллиардов. Однако остальные, похоже, отнеслись к этому спокойно. Очередное лекарство, очередная война с фармацевтическим гигантом, очередная громадная компенсация, которая сделает их еще богаче. Они купят еще больше самолетов, домов, заведут новых жен с внешностью моделей, приобретут активы, которые Уолли казались совсем неинтересными. Он мечтал только о солидной сумме в банке, чтобы зажить приятной жизнью и избавиться от рутинной мясорубки.

При таком скоплении самодовольных эгоцентриков было очевидно, что кто-то еще захочет взять слово. Дадли Брилл из Лаббока в сапогах и соответствующей экипировке пересказал недавний разговор с одним из сильнейших юристов «Веррик». Тот усиленно намекал, что компания не намерена выплачивать компенсации, до тех пор пока недостатки препарата не будут подтверждены перед несколькими коллегиями присяжных. Таким образом, основываясь на анализе разговора, о котором не знал больше никто в зале, Брилл выражал твердую уверенность в том, что он, Дадли Брилл из Лаббока, штат Техас, должен отправиться в суд первым и сделать это в своем родном городе, где присяжные уже выказали ему расположение и будут рады присудить крупную сумму, если он за ней обратится. Брилл явно выпил, как и все, кроме Уолли, и его своекорыстный анализ способствовал ожесточенным дебатам за столом. Вскоре начались перепалки со вспышками гнева и обменом оскорблениями.

Джерри Алисандросу удалось навести порядок.

— Я надеялся, мы оставим это на завтра, — дипломатично произнес он. — Давайте разойдемся по своим углам и вернемся завтра, протрезвевшие и отдохнувшие.

Судя по виду собравшихся следующим утром, не все судебные юристы разошлись по своим номерам и постелям. Опухшие веки, красные глаза, руки, хватающие стаканы с холодной водой и кофе, — все признаки были налицо. В страдавших от похмелья тоже недостатка не было. К тому же собралось не так много юристов, и по мере того, как дело близилось к середине дня, Уолли начал понимать, что много дел решилось за распитием спиртного вчера вечером. Сделки были заключены, коалиции — организованы, удары в спину — сделаны. Уолли задался вопросом, где же был он.