Вихрем вломившись в кабинет, он запустил компьютер и стал делать ящик на портале «Mail.ru». Номер части, Дубоссары, «собака», теперь пароль. И скоро пришла обещанная «мессага»: метро «Автово», проспект Стачек, около Танка. [51] Через час.

Место это Брагин хорошо знал. Приехав на метро, миновал на выходе массивные, ещё социалистических времён двери и вдохнул полной грудью свежий уличный воздух. Мгновение постоял, оценивая обстановку, потом сошёл по ступеням, поднял воротник и зашагал под дождём вдоль виадука. Перейдя мост через речку Красненькую, глянул на часы и ускорил шаг. Справа проносились машины, слева искали укрытия в ветвях промокшие птахи… А вот и танк — зелёный, блестящий от дождя, вздыбившийся на крепкой искусственной скале. Глядя на краснозвёздную, под пятьдесят тонн боевую машину, Брагин вдруг исполнился гордости за предков. Вот ведь сумели, остановили, сломали врагу хребет. И какому врагу. И какой ценой…

Из-за пьедестала вышел человек с зонтом. Брагин намётанным глазом тотчас распознал и кобуру под мышкой, и ошейник ларингофона, да и вообще всю опасную суть своего, к гадалке не ходи, собрата по ремеслу. А человек уверенно, как видно по наводке, подошёл, кивнул и вежливо произнёс:

— Здравствуйте. Вас ждут. Пардон… — Мгновенно вытащил детектор излучения, профессионально поводил, убрал, сделал знак рукой. — Прошу.

И повёл Брагина назад, в сторону кладбища, в проём виадука. Там, надежно защищённый сверху — и от дождя, и со спутника не взять, — стоял задумчивый Полковник и курил толстенную сигару.

— Здравствуй, Коля, — подал он Брагину руку, выпустил ядрёный сизый дым и кивнул человеку с зонтом: дескать, спасибо, служивый, свободен пока.

— Приветствую, — нейтрально отозвался Брагин, пожал протянутую руку и вопросительно заглянул в прищуренные глаза собеседника: «Почто звали?»

Полковника он узнавал с трудом. Перед ним стоял совсем не тот человек, которого он помнил. И дело было даже не в «Ролексе», штиблетах ручной работы и галстуке за две тысячи баксов. Изменилось другое — манеры, осанка, выражение глаз. Так держат себя люди, переступившие некую грань, люди, наделённые фантастической властью, — политики, полководцы, церковные князья, удачливые мафиози, тугие денежные мешки… Словом, те, для кого в этой жизни невозможного не существует.

— Буду краток, — не вынимая сигары изо рта, криво улыбнулся Полковник. — Вот уже больше месяца ты роешь всеми четырьмя… лезешь куда не надо. Так вот, мой тебе настоятельный дружеский совет: остановись. Если жить хочешь, конечно. Щепову ты ничем уже не поможешь, только сам сгоришь как мотылёк… в доменной печи. Перед тобой, Коля, такая адская сила, что ты даже представить не можешь.

Брагин молчал.

— Так что остынь, — продолжал Полковник. — Остынь, уймись и радуйся жизни. Нам всем уже не так много осталось… А ящик почтовый на всякий случай оставь. Мало ли что, вдруг ещё и пригодится… Всё, брат, бывай.

Он крепко стиснул Брагину ладонь, неожиданно подмигнул и двинулся прочь. Тут же, как из-под земли, вынырнули четверо, взяли Полковника в кольцо, слаженно повели к машине… Мягко хлопнули дверцы, породисто рыкнул мотор, и лунно-серебристый «Майбах» со шторками на номерах стремительно унёсся за пелену нескончаемого дождя…

«Значит, адская сила? Значит, мотыльком в доменную печь?.. — покачал головой Брагин. Закурил и очень нехорошо усмехнулся. — Что ж, будем посмотреть…»

Сунул обратно так и не раскуренную сигарету, нахохлился и решительно зашагал к метро. Похоронное настроение стремительно улетучивалось. Предупреждён — значит вооружён. А раз так — ещё повоюем!

Прибывших наблюдателей было трое — угольно-чёрные хламиды, слишком высокий рост, властность, решительность и твёрдость в движениях… Низко надвинутые куколи не давали рассмотреть лиц, но Зетх нутряным чутьём понял: репты. На Землю пожаловали репты.

Самые жуткие из существ, обитающих на Тёмной стороне. Водить с ними дела — себя не любить. И планету, которую могут хоть косвенно затрагивать эти дела.

— Удачной охоты! Хорошей добычи! Мёртвых врагов! — произнёс Зетх предписанное этикетом приветствие и, как требовал хороший тон, выключил «Джед». — А где Его Тайное Могущество, великолепный Гвар? Всё ли у него в делах гармонично?

Он имел в виду главнокомандующего Гвара, члена Высшего Исполнительного Совета, с которым его связывали некоторые общие интересы. Редкая дрянь, конечно, проныра и удивительный образчик жестокости… но всё же каким-то боком свой. Человек. И живых соплеменников, по крайней мере, на ужин не ест. Пока.

— Видите ли, многопочтенный Зетх… — откинул капюшон один из рептов, и сразу стало ясно, что он из касты Великих Змеев. — У нас в Совете кое-что произошло, и вашего Гвара там теперь нет. Равно как и прочих бесполезных крикунов общего с вами происхождения. Однако договор есть договор, так что вам, многопочтенный Зетх, придётся иметь дело с нами. Вы ведь заинтересованы в дальнейшем процветании вашего предприятия? Или я что-то упускаю из виду?

Говорил он медленно, одышливо, тщательно подбирая слова, человеческая речь шипела и шуршала, с трудом выползая из его горла. Видимо, такой уж у него был речевой аппарат. У Зетха по-рептски получилось бы, вероятно, ещё забавнее. А вообще клан Великих Змеев — это серьёзно. Очень серьёзно… Их там, говорят, раз-два и обчёлся, зато благодаря уникальной генетике все поголовно — маги высшего посвящения. Повелители Жезлов Жизненных Вибраций и обладатели Сфер Полной Темноты.

В общем, спиной к нынешним гостям Зетх поворачиваться не собирался.