— И что я скажу Гарри? Что нашла его под чертовым капустным листом?

Я улыбнулся.

— Скажете, что оттрахали почтальона и купили на полученные от него деньги. Что он сможет сделать? Будет бегать за вами по подъездной дорожке и лупить?

Она рассмеялась, и этот грубый каркающий смех, как ни странно, ласкал слух. Потом взяла пальто.

— Передайте Розетте мои наилучшие пожелания. Скажите, что мы увидимся с ней в ее снах.

Айви перестала улыбаться.

— Надеюсь, что нет, мистер. Вы ей приснились, но в кошмаре. Она так орала, что дом едва не рухнул. Разбудила меня в два часа ночи, когда я спала как убитая. Сказала, что в автомобиле мужчины, который поймал ее мяч, сидел монстр, и она боялась, что он ее сожрет. Перепугала меня до смерти своими криками.

— У монстра было имя?

Само собой.

— Она сказала, что это джимла. Может, говорила о джинне, как в этих историях об Аладдине и семи вуалях. Ладно, мне надо идти. Береги себя.

— Вы тоже, Айви. Счастливого Рождества.

Вновь каркающий смех.

— Почти что о нем забыла. Тебе тоже. Не забудь купить своей девушке подарок.

Она потрусила к старому автомобилю в моем пальто — теперь ее пальто, — наброшенном на плечи. Я ее больше никогда не видел.

Дождь подмерзал только на мостах, и я знал по другой жизни — в Новой Англии, — где надо соблюдать особую осторожность, но дорога до Джоди все равно выдалась долгой. Я не успел поставить воду на плиту, чтобы выпить чашку чаю, как зазвонил телефон. На этот раз Сейди.

— Я пытаюсь дозвониться до тебя с ужина, чтобы спросить насчет рождественской вечеринки у тренера Бормана. Она начинается в три. Я пойду, если ты согласишься взять меня с собой, потому что тогда мы сможем уйти пораньше. Сказать, что у нас заказан столик в «Седле», или что-то такое. Мне же надо ответить на приглашение.

Я увидел свое приглашение, лежавшее рядом с пишущей машинкой, и ощутил укол вины. Оно лежало там уже три дня, а я еще не вскрыл конверт.

— Ты хочешь пойти? — спросил я.

— Я не против того, чтобы выйти в свет. — Пауза. — Где ты был все это время?

— В Форт-Уорте. — Едва не добавил: Рождественские покупки. Но я ездил туда за другим. Если что и купил, так это информацию. И ключ от входной двери.

— Прошелся по магазинам?

Вновь мне пришлось бороться с собой, чтобы не солгать.

— Я… Сейди, не могу сказать.

Последовала долгая-долгая пауза. Я пожалел о том, что не курю. Возможно, приобрел зависимость от табачного дыма. Бог свидетель, меня обкуривали весь день, каждый день. В учительской постоянно висела синеватая дымка.

— Это женщина, Джордж? Другая женщина? Или я слишком любопытна?

Что ж, я встречался с Айви, но Сейди подразумевала другое.

— По женской части для меня существуешь только ты.

Еще одна долгая-долгая пауза. В реальном мире Сейди двигалась неуклюже, но в своих мыслях — никогда. Наконец она заговорила:

— Ты многое знаешь обо мне, в том числе и такое, чего я никогда никому не говорила, а я о тебе ничего не знаю. Только что это осознала. Сейди может тупить, Джордж, правда?

— Ты совсем не тупишь. И одно ты знаешь точно: я тебя люблю.

— Да… — В ее голосе звучало сомнение. Я вспомнил дурной сон, приснившийся мне в «Кэндлвуд бунгалос», и осторожность, отразившуюся на лице Сейди, когда на ее вопрос я ответил, что ничего не помню. И теперь ее голос выражал ту самую осторожность? А может, уже что-то другое. Подозрительность?

— Сейди? У нас все хорошо?

— Да. — В голосе прибавилось уверенности. — Полный порядок. За исключением вечеринки у тренера Бормана. Что мы будем с ней делать? Помни, там будут едва ли не все учителя, и многие напьются еще до того, как миссис Тренер пригласит всех к шведскому столу.

— Давай пойдем, — ответил я с напускной беззаботностью. — Отдохнем и оторвемся.

— Отор?..

— Развлечемся. Я об этом. Уйдем через час, максимум через полтора. Пообедаем в «Седле». Тебя устроит?

— Отлично. — Мы напоминали пару, обсуждающую второе свидание после не очень удачного первого. — Мы оба получим удовольствие.

Я подумал об Айви Темплтон, унюхавшей призрак духов Сейди и спросившей, знает ли моя девушка, что я езжу в Форт-Уорт по ночам и занимаюсь там хрен знает чем. Я подумал о Деке Симмонсе, сказавшем, что есть только один человек, который должен знать всю правду о том, где я был и что делал. Но собирался ли я открыть Сейди, что хладнокровно убил Фрэнка Даннинга, чтобы предотвратить убийство его жены и четверых детей? Что приехал в Техас, чтобы предотвратить убийство Кеннеди и изменить ход истории? И это мне по силам, потому что я прибыл из будущего, где мы могли бы общаться через Интернет, пользуясь мгновенной передачей сообщений?