Шрифт:
Вот она какая! Но потом в субботу Жива прилетает к сестрице Марене и освобождает Дажьбога. И в прощённое воскресенье Дажьбог прощается с Мареною и прощает её за всё, и уходит к Живе Свароговне.
Но тёмные силы не желают мира и покоя… И потому вновь похищаются небесные тучи-коровы, и разгораются новые сражения…
И вначале происходит битва Трёх родов: Сварожичей, Дыевичей и Панов. И Барма Сивыч с Индриком Дыевичем раскрывают пещеры и возвращают стадо небесное. Соперника их бога Вальяра, ставшего Медведем, обращают в Медведь-гору великую. И где они ударяют по горе, там открывается источник поэзии, к коему припадают поэты и мудрецы, встающие на путь служения Свету.
Затем та великая Битва Трёх Родов перерастает в последнюю великую войну прошлого Коло Сварога, в войну Нави и Яви, царства Пекельного с Ирийским… И сотряслись тогда горы Алатырские. И был огонь и потоп, разлившийся широко, как разливаются реки весною на Руси-матушке.
И так год кончается… Но конец Старого года всегда означает и начало Нового года. Так и за смертью приходит новое рождение. И так всё вновь возвращается к истоку. И так вновь даются людям законы…
И так в горниле сражений выковывается будущее рода нашего. И рождается в огне Русь Святая…
И ныне, когда писались эти строки, я бродил и у Медведь-горы в Тавриде, и у Алатырь-горы на Кавказе. И видел я там сны об Иномирье…
…И видел зелёную и цветущую долину у подножия Алатырь-горы и на ней столбы с вращающимися на верху колёсами, по коим ходят люди…
А внизу, на скамье, сидел Велес Сварожич. Он приводит сюда души людские — бродить по лугам Ирийским. И мир сей многослоен. В одних слоях свет был сиренев и сумеречен, в иных ослепляюще бел…
И вот я вхожу в сиреневый мир. И Велес беседует со мной о семье моей. И они все здесь, и баба Люба, и родители…
А вот я оказываюсь в слое, который ослепительно бел. Здесь все в белых свитках. Сидят как в храме на хорах златых. А впереди Боян с гуслями яровчатыми. И я слышу прославления и Песни Гамаюновы.
Ну что же, настала пора и мне пересказать те песни последние. Для того всё и затевалось, потому и нити жизни нашей завязывались в клубки…
О похищении звёздных коров и о Битве трёх родов
О как прекрасна ты, Сварга небесная! Как широко небо звёздное!
И там в небесах синих по заоблачным лугам Ирийским ступает Земун Корова Небесная. И ступает она от края небес до края, и от моря до синя моря…
И ест она траву на святых лугах Ирийских, и даёт молоко. И течёт то молоко по небесному своду, и звёздами частыми сияет.
И у той Земунушки Родовны рога чудные виты и кованы из золота красного. А тяжёлые копыта её блестят белым серебром, и каждая шерстиночка её унизана скатным жемчугом.
Скачут за Земун её детушки родимые: Амалфея, Дана, Волыня — златорогие звёздные турицы. Рождены они Родом-батюшкой и Рожаницею Земун.
Вопросили их звёзды частые:
— Вы куда спешите, свет Земунушка, также детушки — млады турицы?
— Мы бежим и спешим к Белым водушкам да ко Камешку Алатырскому. Обойдём мы вокруг Камня Белого, в белы водушки окунёмся — в красных девушек обернёмся.
Возвращались они от Алатырь-горы, и снова их звёзды выспрашивали:
— Ой вы, турицы златорогие! Отвечайте по чести да по совести — где вы побыли, погуляли где? И какое вы чудо увидели?
— Ой, мы видели чудо-чудное… Как в своей златой колеснице пролетал Сурья-бог — Солнце Красное. Он к нам руки-лучи от небес простирал, и ласкал он нас, и обнимал…
Много ль, мало ли минуло времени — зачали от Солнышка турицы.
И родила Амелфа — Велеса. Дана — братьев Валью и Вритью. А Волынюшка — бога Хорса.
Так у внуков Земунушки Родовны волосы горят красным золотом, ноги — в серебре по коленочки. И зажат в правой рученьке каждого — Синь-горючий Камень Мерлирь.
А в ту пору во глуби Пекла Вий Седунич призвал Пана Виевича. И вынашивали они коварные планы, дабы захватить в поднебесье власть.
И так сказал тогда Вий Седуневич сыночку козлоногому Пану:
— О сынок мой, Пан сильномогучий! Ты сделай-ка ход из чрева земного, а затем с лавою подымись в поднебесье! Ты затми-ка дымом Красное Солнышко! Укради-ка там в Сварге синей златорогое стадо туриц!
Распалил тогда огонь козлоногий Пан и прожёг проход в поднебесный мир. И расселась тогда земля, и пролилася лава огненная. И поднялись там горные кряжи, имя коих — Пановы горы. И затмил Пан пеплом Красно Солнышко, и замглил он синее небушко. И угнал он с небес стадо туров и туриц.
И похитил Пан из колыбели также братьев — Валью и Вритью. И пригнал он затем туриное стадо в Навье царство, к батюшке Вию.