И тех братьев звёздных Вий Седунич объявил своими сынами, дабы подчинились они власти Пекла.

А чтобы забыли они о Солнце, о батюшке — яром владыке, он обратил их в драконов Нави. И дал он им также охальные прозвища: Валью назвал Валуном, ну а бога Вритью — Вруном.

Мы же будем их также знать как детей Солнца Ярого — как богов великих и славных с именами: Вальяр и Вритьяр.

Опечалилась тогда их матушка Земун. Обмелели реки молочные, и Земля погрузилась в кромешный мрак. А с небес пошли тогда не дожди, очищающие и прохладные, — повалился горячий пепел. Запрудил тогда реки змей Вритьяр, а брат его Вальяр затмил Красно Солнце.

И не стало воды ни для зверя рыскучего, ни для птицы летучей, ни для змеи ползучей! Оскудела тогда Мать Сыра Земля… Стали рыскать по ней звери лютые, волки хищные и медведи. Стали красть у людей скотину…

…За горою крутой и за Pa-рекой расшумелись леса дремучие. В тех лесах дремучих костры загорелись и огни воспылали горючие. Вкруг огней тех люди сбирались, к небесам они обращались:

— Ты, Семаргл-Огнебог, воспылай до небес! Передай Перуну Сварожичу и Дажьбогу, Барме и Индрику-змею — славу нашу, Семаргл могучий!

— Ты, Сварог небесный! Пошли сынов в службу дальнюю и многотрудную! Сокруши Осла, ты, ревущего! Улетит пусть зловещею птицею далеко от Древа Всемирья да от Бел-горюч камня Алатыря, ветер буйный и переменчивый!

И прорёк Сварог-отец, царь небесный:

— Отправляйтесь, боги, на поиски! Отыщите туров, рождённых Даной! Возвратите домой вы ирийское стадо!

Взвился бог Семаргл сын Сварожич, закружился он огненным вихрем.

— Мы отыщем вскорости звёздное стадо!

И вскочили тут на коней крылатых Даждь с Перуном — боги Ирийские. Также Барма великий — владыка молитв. Также Индрик могучий, сын Дивного Дыя.

И те боги пришли за Волгу — за Великую Сурью-Ра. На богах — кольчуги булатные, на руках — златые пластины, на плечах — медвежии шкуры, а в руках — мечи и секиры. Словно птицы, раскинув крылья, полетели к битве ясуни!

И прилетели тогда боги светлые ко Великой Волге-реке да ко тем великим лесам Светлояровым. И тогда рассудил смелый Тарх Даждьбог:

— Нужно нам и великого Велеса, деда моего, сына Солнца, вызвать на борьбу с родом Вия!

И ответил тут ему батюшка Перун:

— Мы с тобою проведаем Велеса Суревича! Призовём мы его на сей славный бой! И тогда станет нашим союзником всевеликий сын бога Сурьи!

И тогда Дажьбог многосильный и храбрый оперился, представ Гамаюном. Обратился он птицей вещею, полетел затем в Светлояров лес ко Великому граду Китежу, где была обитель святая бога Велеса сына Суревича.

И спустился, и сел многомудрый бог под окошечко-то косящетое… И беседовали там царь с царицею: Велес Суревич с супругою Вилою.

— Этой ночью, — сказал Велес Суревич, — приходили к нам Карна с Желею, пламя мыкая в роге огненном! Знать, идут сюда боги Сварги — с родом Виевым ратоваться! Будут биться они против Вальи и Вритьи — милых братьев, обманутых Вием! Против дочки нашей Поманы, что похитил также великий Пан! Также против Лутони-бога, что родили уже Пан с Поманою! Могут сгинуть в огне ветви нашего рода — по вине Вия с Паном и воле Сварога!

Вила Сида так супругу рекла:

— Мы должны на ту битву родных не пустить, чтобы кровь свою защитить! Мы напустим на них жажду, голод и сон, а еду заколдуем и питье зачаруем… Китаврула мы призовём. Пусть волшебник глаза тем богам отведёт — и родных от смерти спасёт!

А Дажьбог-Гамаюн, сидя под окошечком, всё, что Сида прорекла, слышал и запомнил. И к отцу он тотчас возвратился. Перья скинув, собою опять обратился.

И подъехали Даждь-бог со Перуном ко тому Светлоярову озеру. Видят: вот золотая лодочка, ну а в ней Китаврул — перевозчиком. Возит он по озеру Светлояру на ту сторону, к Китеж-граду.

А уж как та лодка украшена — и чеканкою, и резьбою. Нос-корма у ней позолочены, рытым бархатом обколочены. И в той лодочке — будто дивный рай, кипарисовый, виноградный сад. Там цветы цветут, птицы песнь поют. И столы там убраны яствами, рядышком — кроватки тесовые.

Китаврул на корабль гостей проводил и усаживал за столы, за волшебные скатерти-самобранки. Предлагал им выпить напиточков и откушать златые яблочки.

Отвалила ладья Китаврулова и поплыла по Светлояру ко Великому Китеж-граду.

Вдруг то озеро обернулось во туманушке — океаном. Берег китежский стал вдруг островом чудным, прозывающимся Буяном: там и дуб растёт коренистый, рядом — ёлочка щепотиста.

Как на дубе том висит цепь златая, кот Баюн по ней важно ступает. Как направо пойдёт — сказку скажет, а налево — песнь запоёт. А по ёлочке той — скачет белочка, что златые орехи грызёт, изумруды лущит, из скорлуп вынимает и в шкатулочки их кладёт.

И садились боги за златые столы — на скамьи, за скатерти-самобранки. Слово молвил тогда бог Перунушка: