— Почему твой? Раз они его сосут, значит, их баблос.

На это трудно было возразить.

— Куда я лечу? — спросил я.

— К бэтману на суд.

— Да что это за бэтман? Столько раз уже слышал, а объяснить никто не может.

— О нем не говорят без нужды, Рама. Но ты должен понимать, что если у вампиров есть империя, то должен быть и император. Бэтман — это наш высший арбитр. Добрый и мудрый пастырь, который по совместительству осуществляет верховный контроль над миром… Ты совершил серьезный проступок. Настолько серьезный, что судить тебя будет он лично. Но я думаю, обойдется. Скорей всего, он просто назначит тебе формальное испытание, и все.

— Какое испытание?

— Его называют «подвиг Аполло».

— Почему Аполло? Может, Геракла?

— Именно Аполло. Бэтмана зовут Аполло, а не Геракл.

— А что за подвиг?

— Это своего рода искупительная процедура. Со мной тоже по молодости было. Бэтман придает ей большое значение. Но сложной я бы ее не назвал.

— А в чем она заключается?

— Не торопи события, Рама. Если бэтман велит тебе совершить подвиг, это значит, что он тебя уже фактически простил. До этого еще надо дожить.

— Он нами правит?

Энлиль Маратович неопределенно пожал плечами.

— Русские вампиры за многополярность. Но бэтмана это, к сожалению, мало волнует. У нас… Как бы сказать… Неустойчивый баланс интересов. Мы не слишком даем ему совать нос в свои дела. Но и обострять отношения ни в коем случае не хотим. Поэтому тебе следует прогрузиться кое-какой кросс-культурной информацией…

Я подумал, что было бы хорошо удалить Энлиля Маратовича из поля зрения — и стал смотреть в иллюминатор.

За крылом самолета висело далекое облако, похожее на небесную крепость. Над ним тянулась цепь колючих тучек, напоминающих зенитные разрывы. Это было красиво.

Но сквозь грозное великолепие неба вдруг проступило лицо Энлиля Маратовича, который и не подумал исчезнуть, а вместо этого разросся самым хамским образом.

— Слушай внимательно и запоминай, — сказал он. — У них полный сдвиг на ритуалах и политкорректности. Но при этом самый важный ритуал заключается в том, чтобы ритуала не было заметно вообще и общение выглядело простым и ненапряжным. Поэтому на время визита тебе придется напрячься и довести свое лицемерие до такого градуса, где оно уже диалектически не отличается от абсолютной искренности. Понял?

Я кивнул облакам в иллюминаторе.

— «Бэтман» — это официальный титул императора. Совсем простой и очень глубокий. С одной стороны — просто человекомышь, какой становится время от времени любой вампир, переходя в Древнее Тело. С другой стороны — высший ранг на земле… Сикофанты даже расшифровывают это слово как «Big Atman» [27] . Но это, конечно, уже слишком…

— Поэтому у них кино про бэтмана и крутят? — спросил я.

— Черный Занавес at its best. Если к людям и просочится информация, что миром рулит бэтман, никто даже не удивится. Все и так это знают…

— Уже понял, — сказал я.

Прозрачные глаза Энлиля Маратовича насмешливо посмотрели на меня сквозь иллюминатор.

— А сейчас я скажу тебе кое-что новое. Знаешь, чем североамериканская Великая Мышь отличается от нашей?

— Чем?

— У нее мужская голова. Эта голова и есть бэтман.

Я выпучил глаза.

— Это что, Великий Мыш?

— Нет, — сказал Энлиль Маратович. — Тело у Иштар всегда женское.

— А зачем к нему прицепили мужскую голову?

Энлиль Маратович пожал плечами.

— Считается, что такая психика обладает божественной стабильностью. Но я бы так не сказал. Совсем наоборот — с гормонами там такое творится, что мне и представить сложно. Покойная Иштар Борисовна думала, что это у них просто вытесненный гендерный шовинизм и недоверие к женщине. Не хотят давать женскому мозгу слишком большую власть. Но это не нашего ума дело.

Я кивнул.

— Мировой император, таким образом, гермафродит, — продолжал Энлиль Маратович. — Реальный полубог. Поэтому можно также называть его «бэтвуман». А если из контекста непонятно, как следует выразиться, можно говорить «майти бэт». Только «майти маус» не скажи, наши часто так лажают.

— Угу.

— При личном общении бэтмана следует именовать в третьем лице, называя его «He or She». Вот оттуда у них вся эта ебатория в народ и просочилась…

И Энлиль Маратович тихо хихикнул.

— Он просто Аполло, или…?

— Или. Аполло Тринадцатый.

— А с какого года он правит?

— Он при делах с глубокой древности. Чуть не с Атлантиды. Проще считать, что он вечен.

— Как такое может быть?

— Они решили проблему старения шеи. Поэтому голова может жить столько же, сколько Великая Мышь. Но свой метод они держат в тайне. Чтобы реальная власть постоянно обновлялась всюду, кроме как у них.