– Какое удивительно сочетание жуткости и красоты, – прокомментировала Настя, с опаской перешагивая через дыру в решетчатом полу мостика. – У меня даже мурашки по коже, причем вовсе не от холода…

– Стойте, – вдруг сказал Витя, осматриваясь. – Нужно разработать план.

– Пойдем по периметру? – предложил его брат. – Например, по ходу хронометровой стрелки? Если сделаем полный круг и ничего не найдем, тогда свернем к центру.

– Хорошо, – кивнул Витька. – Но я не вижу никакой системы – шахты и резервуары разбросаны совершенно хаотично. Значит, чтобы не заблудиться, мы должны оставить знак.

– Вот. – Настя полезла под капюшон, вынимая желтую ленту, которой перетягивала волосы. – Это пойдет?

– Отлично! – Димка забрал полосу ткани, повязав на перила. – Теперь не промахнемся.

И они зашагали дальше.

Один бассейн за другим миновали путники, внимательно вслушиваясь в звуки яруса. Но не обнаруживали ничего, кроме гудения насосов, хруста собственных шагов, бульканья охлаждающей жижи под ногами и глухого гула, с которым сновавшие по шахтам Лифты старались проскочить зловещую поляну.

И когда уже стало казаться, что близнецы обречены вечно скитаться по краям здоровенных баков, понемногу проигрывая битву холоду, Витька вдруг остановился, поднимая руку. Повернулся вправо, куда-то к центру поляны, и осторожно стянул капюшон, тут же отморозив кончики ушей.

– Слышите?

Димка и Настя насторожились, но тут же отрицательно замотали головами.

– Это там! – уверенно сказал Витя, вытягивая руку. – Сворачиваем, я что-то слышал!

И крохотный отряд торопливо свернул на соседний мост, заскрипевший под весом ребят. Перебрались через бассейн, обогнули еще один, высунулись из-за шахты безымянного Лифта и замерли. Витька, услышавший что-то даже сквозь гул насосов, оказался прав.

У основания соседнего резервуара, от самой ближайшей шахты (среднего диаметра, в каких обычно работают пассажирские модели Лифтов) доносилось бряцанье. Как будто кто-то лениво перебирал железяки, разложенные на листе войлока. А еще они услышали насвистывание – незатейливую мелодию, которую без устали выдували чьи-то губы. Раз за разом, круг за кругом – один и тот же мотивчик, без фантазии или желания сменить репертуар.

Жестом Димка вынудил остальных опуститься на корточки, поэтому к краю они подбирались очень медленно. Зато уж когда добрались и выглянули вниз…

Мглистый Механик был здесь – высоченный, широкоплечий, угловатый, как армейский бронированный самокат. Он разложил свои рабочие сумки прямо на заиндевелом полу поляны и теперь задумчиво перебирал инструменты, звонко бряцавшие в морозном воздухе.

Тут были гаечные ключи, различные щипцы, ножовки по металлу, газовые горелки, плоскогубцы и кусачки, паяльники и совершенно незнакомые детям конструкции, изготовленные самостоятельно. От всего этого сверкающего арсенала веяло каким-то необъяснимым ужасом, словно призванные помогать инструменты вдруг переметнулись на сторону врага, научившись причинять боль.

– Ой, мамочка родная… – еле слышно прошептала Настя, чуть не выдав всех троих.

Она первой сумела оторвать взгляд от туши Мглистого и его инструментария, заметив раскрытую кабину Лифта. Дверь была раздвинута силой – об этом красноречиво сообщал домкрат, распиравший створки. В стенке шахты зияла безобразная черная дыра, выпиленная дисковой пилой или горелками. Через нее-то Мглистый и добрался до Лифта, который теперь собирался мучить.

Планшет доступа оказался открыт, виднелись свисающие провода. Часть внутренних и внешних ламп еще работала, но часть уже была разбита молотком. Внутри кабины мерцал дрожащий бледно-желтый свет.

Продолжая насвистывать, Мглистый Механик выбрал из своего набора длинные щипцы и крохотную газовую горелку. Поднялся на ноги и повернулся к плененному Лифту. Теперь стало заметно, что из его рта совсем не идет пар…

– Что бы ты ни сделал с моим механическим телом, презренный уродец, – внезапно сказал Лифт высоким мужским голосом, преисполненным несгибаемого благородства, – тебе никогда не сломить мою душу! Ты думаешь, я начну умолять о пощаде?! – Лифт театрально рассмеялся. – Не дождешься, глупый и кровожадный комок мышц, лишенный сердца!

Мглистый заинтересованно склонил голову, изучая динамики Лифта. Затем вдруг гнусно улыбнулся, включил горелку и сделал шаг вперед.

– Давай, чудовище! Наслаждайся разрушением! – Вспыхнул уцелевшими лимонными огнями обреченный Лифт. – Когда-нибудь беспощадная кара постигнет и тебя, и никто из оскверненных Лифтов этого города не останется неотомщенным!

Продолжая беззаботно насвистывать (ох, какой же мрачной и безысходной казалась эта простая мелодия!), Мглистый шагнул к планшету Лифта. Медленным движением горелки опалил сразу несколько проводов, потянул их щипцами и почти выдрал наружу.