Нора слышала, что первый опыт, как правило, не дает девушкам той радости и наслаждения, которые приходят потом вместе с годами и опытом. Она была даже довольна, что не испытала того восторга, который заставил молодого человека полностью потерять контроль над собой. Случись подобное с ней, ей было бы очень неловко.

Если Нора и была чем-то разочарована, то совсем другим. Тем, что, тяжело вздохнув, Клайв скатился с нее и мгновенно заснул.

Она хотела было последовать его примеру, но вдруг с ужасом вспомнила про время. Родители строго-настрого приказали дочерям возвращаться не позднее часа. А сколько сейчас? Нора удивилась, выяснив, что еще только двенадцать. Ей казалось, что она провела тут целую вечность…

Наверное, чуть больше часа она находится в этой комнате. Мало времени потребовалось для того, чтобы из девушки превратиться в женщину. Господи! Совершенно не таким представляла она себе это превращение…

Следующая ее мысль была о Марии. Если та узнает, она ее убьет. Но от кого ей узнать? Сам Клайв никогда ей не расскажет…

Клайв не проснулся, когда Нора, быстро приняв душ, привела себя в порядок и, стараясь не шуметь, вышла.

Мать услышала скрип открываемой двери и спросила:

— Девочки! Вы вернулись?

— Да, мама, — отвечала за двоих Нора.

— Заприте двери и выключите свет, — распорядилась мама.

Погасив лампы, но оставив дверь незапертой, девушка тихонько прошла в свою комнату. Ночь была жаркой, даже душной, но ее почему-то так трясло, что она достала из комода еще одно одеяло.

Много позже в дом на цыпочках прокралась Мария. По пути в свою спальню она приоткрыла дверь в комнату сестры. Нора притворилась спящей.

Уже три дня, как Мария жила в доме Норы. За это время сестры вспомнили все, что только можно было вспомнить. Исключение составляла одна щекотливая тема — Клайв. Наконец Мария не выдержала.

— Дорогая, — как можно более ласковым голосом сказала она. — Как же это тебе до сих пор не удалось женить на себе мистера Хартли?

— В свое время Клайв сделал мне предложение, и оно все еще действительно, — отвечала Нора, стараясь не выглядеть несчастной, одинокой женщиной. — В любой момент я могу предложение принять.

— Как? Ты ответила отказом? — с недоверием взглянула на сестру Мария. — А впрочем, я тебя понимаю. Такой мужчина, как Хартли, вряд ли будет верным мужем. Другое дело — быть его любовницей.

— Любовницей? — переспросила Нора. — С чего ты взяла? Я вовсе не сплю с ним.

— Как! Никогда? — Мария имела заслуженное право не поверить.

— Мы просто друзья, — объяснила Нора. — И то только ради Эвы.

— Если это правда, тогда ты не станешь возражать… Я лично не прочь возобновить нашу с Хартли… дружбу, — сообщила Мария.

— Но ты же замужем! — протестующе воскликнула Нора.

— Боже! Ты совершенно как бабушка викторианской эпохи! Или как мой законный супруг. У меня другие представления… Мне просто необходимо маленькое разнообразие в жизни. Чуть-чуть приперчить скучную семейную обыденность. А Клайв тот мужчина, который способен пробудить во мне женщину.

Клайв, видимо, не возражал против той роли, которую ему отвела Мария. На следующий день он приехал за Эвой и пригласил Марию отправиться с ними на прогулку.

— С удовольствием. — Та не скрывала своей радости. — Эва, ты не возражаешь, если я присоединюсь к вам с папой?

— Конечно, поехали, тетя.

Эва слишком хорошо воспитана, чтобы не согласиться, подумала мать. Но почему девочка при этом так искренне улыбается своей тетушке?

Оставшись одна, Нора решила навести порядок в ванной комнате. Громкий междугородный звонок раздался как раз в тот момент, когда она, стоя на коленях, оттирала полки шкафчика.

— Нора? Мария у тебя? — раздался мужской голос. — Это я, Джек.

— Извини, ее нет дома. Сказать, чтобы она тебе позвонила?

— А где она? Чем она вообще там занимается?

— Она пошла… в музей с Эвой.

— Она? В музей? Да еще взяла с собой племянницу? — не поверил Джек. — Ладно, предположим, так оно и есть, но ты, пожалуйста, скажи своей сестре, что ее собственная дочь по ней скучает. И сын, кстати, тоже. А заодно пусть скажет, когда она вернется домой.

— Джек! Я боюсь… мне кажется, она и не собирается возвращаться. Сказала, что пришлет за детьми, как только устроится здесь.