— Друзья! — обратился к ним Гани. — Мы с вами хорошо начали, но не забывайте — мы одолели лишь первый рубеж! Успешно одолели. Но у нас впереди много преград, опасных и грозных! Не будем забывать о них!

— Веди нас, Гани-батур! Мы готовы!

— Тогда в путь! — Гани вышел на улицу и вскочил на коня.

— По коням! Строиться! — раздались команды.

Повстанцы выстроились в ряды, отдельно конные, отдельно пешие. Потом двинулись к Айдону.

Пока они дошли до Айдона, черики, поставленные здесь, все бежали к зданию главного управления безопасности. И тут из тюрьмы было освобождено восемьдесят политзаключенных.

— Куда же делись солдаты? — удивился Гани. — На самом деле бежали или готовят для нас ловушку?

— Может, конечно, быть, и то, и другое, — ответил Рахимджан. — Надо держаться настороже на случай внезапного нападения.

— Вот он, Гани, вот он! — с такими словами к ба-туру приблизилась группа местных жителей. Тут были и старосты здешних кварталов, и старые знакомые Гани. Они протискивались к батуру с распростертыми объятиями.

— Где же вы раньше-то были? — спрашивал с укором Гани, хотя и не уклонялся от объятий. — Чего бы вам стоило хоть вчера прийти…

— Ничего, и сейчас не поздно, для нас еще осталась половина Кульджи! — бил себя в грудь Омар. — Дай нам оружие!

— Что?! — грозно посмотрел на него Гани. — У меня нет свободного оружия! Кто действительно хочет воевать, должен его добыть в бою!

— Ну что же… Если мы будем твоими бойцами, наверно, без оружия не останемся. Как ты считаешь, Абдулла, а? — Омар взглянул на приятеля.

— А что, нас мать не мужчинами родила?

— Эй, а что это у тебя за пазухой топорщится? — прервал его Гани.

— Да так, спички…

Кто-то объяснил:

— Он в китайскую лавочку уже к шапочному разбору попал. Добрые люди все успели разграбить. Так он решил хоть спичек набрать…

— Так, — разозлился Гани. — Мы, значит, бьемся с врагом, а кто прячется по домам, будет магазины грабить?

— Мародерство и грабежи позорят восстание, — поддержал его Рахимджан.

— Бавдун! — позвал Гани.

— Я здесь! — тотчас отозвался тот.

— Возьми с собой трех-четырех джигитов и найди мне этих грабителей. Хоть из-под земли достань! Мы их принародно судить будем!

Подъехали Касым-мираб и Хажахан с сотней всадников. Человек двадцать из них были вооружены. Они прибыли из Кайнука, Джагистая, Хонихая. Они успели даже где-то сшить белое знамя с полумесяцем и звездой…

В первый же день уличных боев была освобождена вся южная половина Кульджи, и повстанцы оказались прочно связанными с жителями селений, лежащих по обоим берегам Или.

Зато на западе и северо-западе дела повстанцев сложились не так удачно. Здесь их отряды, пройдя немного вперед от Трех ворот, были остановлены перед центральными улицами.

На вечернем совещании руководства восстания подводились итоги дня, ставились новые задачи.

— Наша главная победа в том, что мы подняли на борьбу массы. Восстание стало народным. Важнее этого нет ничего! — говорил Касымджан.

— Верно! Но теперь мы должны, не теряя инициативы, как можно скорее полностью освободить Кульджу! — добавил Сабири.

— Надо особо отметить мужество Гани-батура и его партизан. Они показывают всем, как нужно воевать. Там, где Гани, там победа! — отметил Аббасов.

— Да, действия отряда Гани-батура, который захватил три районных управления безопасности, освободил заключенных из тюрем, добыл много трофейного оружия и взял в плен более трехсот чериков, нанесли наибольший урон войскам гоминьдановцев, в этом нет сомнения. Ну, а мы, те, кто наступал с запада, не смогли пройти дальше Трех ворот. Отряды Патиха тоже не смогли разбить чериков и отступили в Турпанюзи. Что скрывать — это наши неудачи. Выходит, не все мы умеем воевать? — грустно сказал Махсум.

— Давно известно, что врага недооценивать нельзя! — начал выступление со своей любимой мысли Рахимджан. — Хотя мы и можем говорить о том, что основная часть Кульджи в наших руках, но нельзя забывать, что в городе еще полно вооруженных чериков. Такие важные объекты, как аэродром, крепость Харамбах, укрепление Лян-шань все еще в руках врага. Вскоре им может прийти подмога, и тогда наше положение осложнится. Поэтому необходимо сейчас же бросить все силы на захват этих объектов.

— Прежде всего нужно занять главное управление! Там в застенках томятся тысячи наших братьев. В первую очередь нужно их спасти от смерти! — категорическим тоном высказал свое мнение Аббасов.