Шрифт:
Боршхмейстер выскочил из расщелины, прорвался сквозь заросли мелкого колючего кустарника, освободив мне дорогу. Я выбралась не в пример изящнее, вдохнула чистого воздуха, выкашляла скопившуюся в легких пыль, сняла и встряхнула куртку. Взметнувшееся облако каменной пыли попало в лицо вылезающему за мной советнику. Он возмутился, подхватил горсть земли и швырнул в меня. Неудачно дернулся при броске и его ступня застряла в проходе.
- Помоги!
– крикнул мужчина.
- Освободить ногу?
– широко улыбнулась.
– Боршхмейстер, неси секиру пилить будем!
– радостно взревела я, плюнула на ладони и живо растёрла их.
- Бегу!
– гном и вправду побежал, переваливаясь на коротких ногах. Ноздри посла раздувались, борода полоскалась на ветру, развеваясь подобно красному походному знамени царства Мъельграхд, обе руки на рукоятке секиры, та на плече... С него бы героические картины писать, такой типаж даром пропадает! В общем-то, эльфа сейчас тоже можно в качестве натурщика использовать - рисовать с него ужас, страх или безысходность, если художник успеет поймать на его подвижном лице хоть одну из этих эмоций - они сменяют друг друга с невероятной скоростью.
Добежав Боршхмейстер размахнулся...
Советник закрыл глаза и тоненько всхлипнул...
Я схватила эльфа за руку...
Бах! Один из камней удерживающей в расселине между ними ногу эльфа раскололся, и я вытянула ушастого наружу.
- Моя ногаааа!
– заорал советник.
- Да не кричи ты!
– я зажала руками уши.
- Вы мне ногу искалечили, что я по-твоему делать должен?!
- Для начала посмотреть на нее, - скрестила на груди руку и взглядом указала конечность ушастого.
- Зачем смотреть на то, чего не...
– он таки внял моим словам, вывернул голову, посмотрел на оцарапанную, но целую голень, стопу без башмака и радостно завопил: - Она цела!
На секунду мне показалось, что он ее сейчас поцелует, прижмет к груди и убаюкает, но эльф ограничился нежным поглаживанием.
Как рассказал советник, полностью придя в себя и вернувшись к любимой надменной манере поведения, мы выбрались из подземелий далеко за пределами дворца, но прилегающую территорию не покинули. Расщелина, через которую вы вылезли располагалась в фундаменте Башни Четырех Узников. Лет шестьсот назад ее построил один из эльфийских правителей для своих четырех старших братьев. Он сам младшенький был, но силы воли и коварства влезть на трон хватило. Паренек за сто сорок шесть лет по разным причинам умудрился спровадить в одиночное заключение по разным причинам всех старшеньких и смело нацепил диадему власти на голову, а братья так и сгнили в темнице.
- Хороший мальчик, а главное как воспитан был и как родственников любил! До самой их смерти...
- Да вообще козел!
– хором возмутились зомби.
– Он на нашем погребальном костре знаешь что делал?
– на их погребальном костре? Мы с совестником переглянулись, разглядели написанные на наших лбах одинаковые мысли.
– Кости остыть не успели, он картошку запекать сунул, скот патлатый! Жаль сдох, наверное, паршивец, а то бы его крови я с удовольствием глотнул!
– закончил Обломанное ухо.
- А бы мозг через глазницы высосал...
– мечтательно добавил второй.
Я велела им заткнуться или перейти на другие темы, раз уж память проснулась, а сама повернулась к советнику и принялась вытряхивать из него информацию.
До дворца километра четыре идти по искусственно высаженному лесу, торчащему за соседним холмом с тем, на котором приютилась Башня. Путь не долгий, но в свете уникального строения местных живых мертвецов в лес соваться не хочется. Кто знает сколько их там бродит? Сдается мне Тиллийс отловил малую, самую настырную и свежую часть, остальные изволят шляться неизвестно где, например, в подземельях. Только другого пути нет - лес окружает Башню.
Гном погладил секиру и проверил пальцем за точку. Эльф пожал плечами, выбросил у Боршхмейстера палаш и кивнул, ну а мне досталась самая трудная часть подготовки - разнять слившихся в ностальгическом порыве зомби и поинтересоваться: с нами они или предпочтут здесь упокоиться? Естественно с нами! Раз они воскресли, то почему бы и их братишке не вернуться? Пусть он в пищу не пригоден, зато подойдет для всех тех испытаний, которые братья за время заточения ему придумали: шкуру содрать нельзя, однако, снять стружку рубанком - легко и непринужденно!
Иллинойс и компания
Как истинный мастер смерти Сташа Мрацеш ощутила ее при на подъезде ко дворцу эльфов: земля, вода, растения - всё было пропитано Гранью. Но была и еще одна весьма специфическая составляющая - эльфийская. Зеленая на цвет и растительная вкус. Обе составляющие были не просто перемешаны или дополняли друг друга, как часто бывает в стихийных направлениях искусства - они были перемешаны. Однако, еще один вопрос волновал вампиршу: каким образом за короткий срок удалось заклинанием окутать столь обширную область? И почему именно в такой форме?