— Вы меня слышите? Отвечайте! Вы взобрались на вершины? — С раздражением спрашивал Адриан.

— Да, мы на самой вершине, мы на самом пике, мы…

Адриан прервал.

— Понятно! Ждите указаний, конец связи.

Основное войско медленно, постепенно набирая скорость, всей массой двинулся по дороге на баррикады. Бугорок, на котором стоял Адриан, трясло мелкой дрожью от тысяч проходивших мимо ног.

На баррикадах, ещё дымилась полевая кухня. Недавно здесь пили чай с пирогами. А сейчас отдыхали. Слышались украинские, русские, белорусские песни.

С вечера буквы азбуки попарились в бане. Надели чистые национальные одежды.

— Идут, супостаты! — послышался громкий крик.

Алфавит на баррикадах пристально всматривался в приближающуюся овощно — фруктовую массу. Послышались голоса.

— Клином идут, как крестоносцы на Чудском озере.

— Ни чего, получат они, как шведы под Полтавой.

— Похоже, что будет, как на Бородинском поле. У них и штаб на барабанах сидел, я в бинокль видел.

— Судя по серьёзности намерений, получится у нас братцы, Куликовская битва.

Вирусы ускорили ход. Двигались молча. Слышался только топот тысяч ног.

Весь алфавит опустился на колени и помолился.

Первая буква алфавита Азъ, наложив на себя крестное знамение встала во весь рост над баррикадами и громко прокричала.

— Держитесь православные, даст Бог, не последний наш бой!

А через пять секунд на баррикаду вкатилась или вбежала вырвавшаяся вперед тыква. Но, получив дубиной по тыкве, она тут же откатилась назад. Замерла, опешив на долю секунды, и вдруг заорала что было сил:

— Ма — ма, маманя! Это же моя мама! Стойте братцы! — Она развернулась к наступавшим. — Стойте! Это же наши. Так била меня по тыкве только родная мамочка, когда я находила и съедала целую банку информации про варенье.

Наскакивая друг на друга, войско медленно остановилось, создав перед баррикадой баррикаду из собственных тел.

Вирусы сидели друг у друга на головах и пытались думать мозгами. У некоторых получилось. Послышались размышления вслух:

— Как это — наши?

— Откуда, с какой планеты?

— И что это у них за облик?

— Вы что, наши? А как сюда попали?

— А пусть докажут, что наши!

Пока войсковая баррикада расползалась и пыталась понять, что происходит, появился чесночно — луковый отряд. Эти бойцы были в превосходном настроении. С ходу они кинулись обнимать и целовать всех подряд.

— Ребята, как мы вас всех любим! А защитников на баррикадах так просто обожаем.

— Не целуйте меня, от меня чесноком будет пахнуть, — запищала редиска.

— Возьмите наши фляжки. Попробуйте воды из тех прудов, через которые мы прошли. Мы много, целые вёдра принесли.

Кто попробовал, хотел ещё, кому не досталось — из жадности и любопытства, а главное — задарма, желал попробовать.

Овощи и фрукты потянулись к прудам. За ними потихоньку и тыквы.

Адриан остался один. Он молча наблюдал за происходящим. Наконец плюнул в сторону города и потянулся к переговорному устройству.

— Эй, на вершинах, не спите? Пора действовать! За работу!

— Мы своё отработали. И добились немалого в этой жизни, не то что некоторые, внизу — ответили с гор.

— Не понял? Повторите, — Адриан уже ни чему не удивлялся.

— А что тут непонятного. Мы добились всеобщего признания. Мы поднялись на необычайно высокие вершины успеха. Мы находимся на пике Славы, на пике Популярности. Мы нежимся в лучах юпитеров, которые освещают нас и наши необычайные достоинства, таланты, гениальность, наконец.

— Это ещё, какую такую гениальность? Вы что там, перегрелись под солнцем, змееголовые? — терялся в догадках Адриан. — Немедленно спускайтесь и атакуйте город.

— Мы не можем спуститься. Для этого мы должны отказаться от тех лучей славы, которые греют нас на вершинах успеха, — не унимался второй отряд Болотной армии.

Адриан задумался. Ситуация выходила из-под контроля. Он направился к баррикадам. Подойдя к непонятной букве, он спросил, что это за горы окружают город.

Буква действительно могла показаться странной. На ней красовался белорусский пояс, украинские шаровары, русские сапоги, а на плече висела гармошка.

Она объяснила, что жители Старого города, избавляясь от ненужных свойств характера, складывали их за городом. Вначале возили на Злоносящие болота, но они разрослись и со временем стали занимать слишком много места. А у знаков оставалось ещё полно абсолютно ненужных черт характера: тщеславие, хвастовство, искание славы, почестей, предпочтения себя всем, презрение к товарищам.