В Уайтхолле Мейри слышала разговоры о его решительности и мужестве и признавала, что он достоин таких похвал. Кроме того, принц был умным политиком. Он сумел прекратить войну, женившись на одной из дочерей своего дяди и заключив пакт между Нидерландами и Англией.

Но Вильгельм явился на коронацию своего тестя не для празднеств. Протестанты очень пострадали от католических мечей, а теперь на троне оказался король-католик. Вильгельму приходилось многого опасаться, но главным его врагом оставался король Франции Людовик. Вильгельм надеялся получить поддержку Якова в антифранцузской коалиции. Скорее всего, этот план провалится, особенно после нападения на аббатство Святого Христофора.

Мейри приблизилась к статуе и сделала вид, будто рассматривает ее.

— …ничего не знает о том, что встреча с парламентом состоится раньше.

Похоже, из-за ступни ангела раздается голос лорда Оддингтона. В любом случае это не важно. Сейчас они оценивают версию королевы об исчезновении короля. Это не сулит ничего хорошего Колину и королю по дороге в Кэмлохлин.

— Следы пропали за пределами Лондона, поэтому мы не знаем, по какой дороге они ускакали.

Это точно Оддингтон, подлый предатель, решила Мейри и порадовалась тому, как ловко Колин запутал следы. Теперь Вильгельм, по крайней мере, не знает, куда направился король.

Выставив ухо, Мейри приблизилась еще на шаг, но вдруг застыла, подняла глаза и встретилась взглядом с принцем Вильгельмом.

— Мисс Макгрегор, вы что-то потеряли?

Мейри покачала головой и улыбнулась ему.

— Я просто…

— Как давно вы тут стоите?

В последние годы Мейри часто доводилось встречать врагов, но ни один из них не был столь опасен и умен, как этот. Тонкие губы под большим носом плотно сжаты, в глазах — угроза. Мейри попыталась взять себя в руки, но перед ней стоял человек, который, вполне вероятно, приказал сжечь заживо монахинь, а сейчас явно сожалел, что она не оказалась среди них.

— Вот вы где, мисс Макгрегор. Надеюсь, я не заставил вас долго ждать?

Мейри обернулась. Никогда раньше она не испытывала такого облегчения при виде Коннора.

— Нет, капитан. Я только пришла.

Его лицо осветилось в ответ на ее улыбку. Сердце Мейри забилось сильнее.

— Ваша светлость, — с поклоном обратился Коннор к принцу, — как вам нравится пребывание в Уайтхолле?

— Честно говоря, — произнес принц, отступая на шаг, чтобы горец не нависал над ним как скала, — я желал бы большей конфиденциальности.

Коннор заглянул за статую, но Оддингтон уже скрылся.

— До свидания, — попрощался с ними принц, на мгновение задержав взгляд на Мейри, которая отчасти спряталась за спину Коннора.

Когда они остались наедине, Коннор глубоко вздохнул. Заглянув ему в глаза, Мейри прочла в них страх и гнев и поняла, что он изо всех сил старается взять себя в руки, перед тем как заговорить с ней. Сейчас он не казался ей агентом Вильгельма.

— Черт возьми, чего ты пытаешься добиться?

— Ничего. Я случайно наткнулась на них.

— На кого?

— На принца и лорда Оддингтона.

Коннор нахмурился, отчего стал еще красивее.

— Ты подслушивала. Я наблюдал за тобой.

Мейри его почти не слышала. Он часто наблюдал за ней. Чем бы она ни занималась, она частенько чувствовала его взгляд. Сначала это ее раздражало, особенно когда он последовал за нею в покои Куинсберри. Она не нуждается в няньках! Но, возможно, есть и другие причины его внимания? Вдруг ему нравятся ее новые элегантные платья? Сердце Мейри дрогнуло и пропустило удар. Она тут же выругала себя за глупые мысли.

— Мне не нравится, когда за мной шпионят, — поспешно заявила она, чтобы не выкрикнуть что-нибудь вроде: «Зачем ты меня оставил?» или «Я чуть не умерла без тебя!».

— Принцу — тоже.

Мейри рассеянно кивнула, засмотревшись на Коннора. Он стоял перед ней такой огромный, мужественный. Солнце играло на его золотистых прядях. Мейри почувствовала бы себя оскорбленной, если бы за нее заступился любой другой мужчина, но с Коннором она всегда чувствовала себя слабой и женственной. Так было всегда, и Мейри тосковала по этому чувству. Черт ее побери!

— Мне показалось, он зол.

Мейри непонимающе заморгала.

— Кто?

— Принц.

Его губы изогнулись так, что на щеках образовались ямочки, правая из которых смотрела прямо на Мейри.

— Ты тоже.

— Нет, я улыбался.

Но Мейри наизусть знала все его улыбки и могла поклясться, что Вильгельму он улыбался вовсе не дружелюбно. Что бы он сделал, если бы принц поднял на нее руку? Мейри тряхнула головой, отгоняя детские фантазии. Значит, Коннор, возможно, никак не связан с протестантами. Но это не причина улыбаться ему.