Подавленные и смущенные, покидали мы обитель скорби, впрочем, это совершенно не мешало Тому мощно таранить толпу могучими плечами, а я следовал за ним в «кильватерной струе». Навстречу нам, с гораздо меньшим успехом пробивался доктор с чемоданчиком в руке, — с полчаса тому назад кого-то послали за ним в отчаянной надежде на чудо…

Наша машина медленно тронулась, но сразу же за поворотом Том резко утопил педаль, и автомобиль помчался как стрела сквозь сгустившийся над землей мрак. Мы ехали молча, а потом я услышал хриплое сухое рыдание и увидел катившееся по его щекам слезы.

— Будь ты проклят, трусливый пес! — всхлипнул он. — Даже не остановился…

Неожиданно из-за сплошной завесы шелестящей листвы возник дом Бьюкененов. Он выскочил перед нами, словно чертик из табакерки. Том затормозил прямо у веранды и сразу же посмотрел на окна второго этажа — там, на увитой плющом стене светились два прямоугольника.

— Дейзи дома, — сказал он.

Когда мы вылезли из машины, он посмотрел на меня и недовольно поморщился.

— Черт, не сообразил… Надо было отвезти тебя в Вест — Эгг, Ник. Делать-то сегодня все равно нечего.

Что-то в нем переменилось, и он говорил решительно и с достоинством. Пока мы с ним шагали к веранде по залитому лунным светом газону, он размышлял вслух, цедя короткие рубленые фразы:

— Сейчас вызову тебе такси. Тебе с Джордан следовало бы пойти на кухню. Вам нужно хорошенько поужинать, если вы голодны.

Он отворил входную дверь:

— Заходите!

— Нет, благодарю. Такси — это было бы прекрасно, если тебя не затруднит. Но я не буду заходить, подожду лучше здесь.

Джордан положила мне руку на плечо.

— Давайте зайдем ненадолго, Ник.

— Нет, спасибо за приглашение, нет…

Меня слегка мутило и хотелось побыть одному. Джордан помедлила еще мгновение.

— Но ведь только полдесятого, — сказала она.

«Будь я проклят, если войду, — подумал я, — их милого общества, и Джордан в том числе, было более чем достаточно для одного дня. Хватит с меня на сегодня!» Видимо, Джордан прочитала мои мысли! Она неожиданно резко повернулась и побежала вверх по ступенькам. Я присел, уронил голову на руки и просидел так какое-то время, пока не услышал голос, вызывавший по телефону такси. Затем медленно встал и побрел по подъездной дороге, намереваясь встретить машину у парадного въезда.

Не прошел я и двадцати ярдов, как кто-то меня окликнул из кустов, растущих у дороги, а затем появился Гэтсби. Должно быть, со мной творилось что-то странное, потому что в тот момент я не мог думать ни о чем другом, кроме как о его розовом костюме, светящемся в лунном свете.

— Почему вы здесь? — растерянно спросил я.

— Просто так. Стою, старина.

Все это показалось мне более чем странным. Каюсь, на какое-то мгновение я даже заподозрил его в намерении ограбить дом; я бы нисколько не удивился, увидев зловещие фигуры «людей Вольфсхайма», продирающиеся сквозь заросли кустарника.

— Там… на дороге… вы видели что-нибудь? — запинаясь, спросил он.

— Да.

Он еще помолчал.

— Насмерть? — Да.

— Так я и думал… так я и думал. Да, я и Дейзи так сказал. Лучше всего сказать правду, какой бы горькой она не была. Все случившееся было для нее шоком, но она держалась довольно-таки хорошо.

Он говорил так, будто реакция Дейзи была единственным сколько-нибудь важным обстоятельством во всей этой истории.

— Я добрался в Вест — Эгг по объездной дороге, — рассказывал он. — Загнал машину в гараж. Не думаю, что нас кто-нибудь видел, однако нельзя быть уверенным на все сто процентов.

В это мгновение он был мне настолько антипатичен, что я даже не посчитал нужным сообщить, что он сильно ошибается на этот счет.

— Та женщина… Не знаете, кто она? — спросил Гэтсби.

— Ее звали Вильсон. Жена хозяина того самого гаража. Как же, черт побери, все это произошло?

— Знаете, я пытался вывернуть, но не успел перехватить руль… — он осекся, и я, наконец, понял, как было дело.

— Значит, за рулем были не вы?

— Конечно, — сказал он после короткой паузы, — но я, разумеется, возьму все на себя. Понимаете, когда мы выехали из Нью — Йорка, Дейзи ужасно нервничала и решила, что сможет отвлечься за рулем, прийти в себя. А эта женщина… она выскочила прямо перед нами, а тут еще встречная машина. Всего несколько секунд, старина… Знаете, мне показалось, она хотела нам что-то сказать, эта несчастная, видно, перепутала с кем-то… Дейзи вывернула руль, а тут как раз — встречная, — она растерялась — и назад. Тут только я успел выхватить руль и сразу же услышал или почувствовал удар… Она…она, должно быть, сразу же умерла?

— На месте… изуродовало так, что…

— Прошу вас, старина… — Гэтсби содрогнулся. — Потом… потом Дейзи словно обезумела. Я умолял остановиться и вернуться, но она… она вообще не понимала, что делает. Мне пришлось воспользоваться аварийным тормозом. Она рухнула мне на колени, а дальше… дальше я повел машину сам.

— Думаю, к утру она будет в полном порядке, — продолжил он, помолчав. — Но я хочу остаться здесь подольше — боюсь, он не оставит ее в покое из-за того разговора. Мы с ней условились — она закроется в спальне, а если он начнет ломиться или чего-нибудь еще, она включит и выключит свет.