Больше не обращая внимания на местных упрямцев, мы бросились к лестнице. На ходу Га-нор сгреб Целителя, который в этот момент пытался остановить кровь у одного из раненых. Парень начал сопротивляться.

— Оставь его! Он уже не жилец! Свою бы шкуру спасти! — прорычал я.

Шен хотел возмутиться, но мое искаженное ужасом лицо заставило его перестать валять дурака. Больше не споря, лекарь поспешил за нами. Мы как раз подлетели к лестнице, когда первая из тварей, видно почуявшая густой запах крови, влетела в зал и, не мешкая, впилась в шею ближайшему человеку. Почти сразу же появились еще шесть мертвяков.

Люди вначале ничего не поняли, бросились на помощь к невезучему товарищу. Прежде чем они разглядели, что происходит, в зал вновь пришла смерть. Я впервые видел подобных созданий, и впечатление они производили ужасающее. Впрочем, засматриваться не стоило. С каждой уной прибывали новые «посетители», пока они были заняты теми, кем еще можно поживиться, но вскоре обратят внимание и на нас. Поэтому мы, прыгая через несколько ступеней, побежали наверх. У нас еще был шанс спастись. Рычание за спиной говорило, что те, кому не досталось еды внизу, решили посетить верхний этаж.

Первой по коридору была комната Лука, Га-нора и Шена. Лекарь влетел туда, пришлось последовать за ним, я не был уверен, что успею добежать до своей берлоги. Мы захлопнули дверь. Почти сразу же с той стороны в нее ударило что-то тяжелое.

Как я и предполагал, ни Лука, ни Лаэн здесь не было.

Великолепно!

Запыхавшийся Целитель выругался.

Самое время.

— Упорная сволочь, — сказал я, слушая, как мертвяк остервенело пытается пробиться к нам в комнату.

Это продолжалось уже третий нар, но тварь не успокаивалась ни на минку.

— Дверь выдержит? — в который раз спросил Шен.

— Очень надеюсь на это.

В комнате мы находились втроем. Ни Лука, ни Лаэн, неизвестность пугала. Я не знал, жива ли мое солнце, очень надеялся, что она заперлась в нашей комнате и с ней все в порядке. Если это так, то сейчас нас разделял целый коридор. Двадцать пять коротких и таких длинных шагов.

Га-нор, прислонив меч к стене, стоял у окна и смотрел на улицу. Я знал, что он там видит. Мельтешение теней и зеленые огоньки мертвых глаз. Покойников в Плешь набилось гораздо больше двух сотен. Судя по всему, они заполонили весь город. Интересно, остались живые кроме нас? Кто-то ведь должен был успеть захлопнуть дверь, спрятаться в подвале или на чердаке.

Набат давно смолк. Криков тоже слышно не было. Никто не спешил тушить возникший на противоположном конце улицы пожар. Горело несколько домов, и оставалось молиться, чтобы огонь не перекинулся дальше и не добрался до трактира.

— Мы не можем сидеть здесь вечно. Рано или поздно нас достанут.

— Ты же сам говорил, что дверь выдержит, — нахмурился Шен.

— Я сказал, что надеюсь на это. Даже если она устоит, мы умрем от голода. Не уверен, что к утру что-то изменится. Ведь их не пугает солнечный свет, так?

— Так. Но если убить некроманта…

— Какой, к Угу, некромант?! — Я воспользовался одним из немногочисленных ругательств Га-нора. — Слышал, что говорила Лаэн? Для того чтобы поднять две сотни, нужна пятерка самых лучших колдунов. А тут покойников далеко за пятьсот. Ведь не только с кладбища лежебоки повыскакивали. Здесь теперь бегают еще и те, кто им на ужин достался. Посчитай, сколько нужно Белых, чтобы управлять такой оравой.

— Не буду я ничего считать. Скажу одно — бегать вместе с ними у меня нет никакого желания.

— Что ты предлагаешь? — негромко спросил северянин.

— Поначалу нам надо прорваться к моей комнате.

— Нашел дураков! — сплюнул Шен. — Я ради твоей благоверной головой рисковать не собираюсь.

— У нас окно выходит во внутренний двор, — пропустив его слова мимо ушей, обратился я к Га-нору. — Если прорвемся к конюшням, у всех появится шанс дожить до старости.

— А если трактирщик оставил ворота распахнутыми? — Он потер лоб.

— Мы этого никогда не узнаем, если останемся сидеть в этой конуре.

Он ненадолго задумался, взвешивая варианты. Затем решительно кивнул:

— Твоя правда. Хорошо. Я с тобой.

— Идиоты! — Шену очень не хотелось выходить из кажущейся такой защищенной комнаты. — Вы уверены, что вам откроют? Возможности вернуться не будет.

— Можешь оставаться здесь. Тебя никто с собой не зовет.

Он заткнулся, встал с пола и взял ским.

— Ты сможешь нам помочь?

Целитель понял, что я спрашиваю о его Даре, и отрицательно покачал головой:

— Не уверен, что это пройдет.