– Да не стоит...Ин, давай я тебя до остановки провожу...

– Ой, ну перестань ты, - отмахнулась подруга.
– Тась, - уже серьёзнее произнесла она.
– Я подумать должна. Побыть немного в одиночестве. Не бойся, топиться я не собираюсь, ты меня знаешь.

– Ну хорошо.
– вздохнула я.
– Но домой я могу добраться сама, - покосилась я на Дмитрия.

– Мне всё равно по пути, - равнодушно пожал плечами препод.

– Вот и отлично, идёмте отсюда, - Инга бросила беглый взгляд на Ника и резко отвернулась. Как же всё запутанно...

Вскоре я уже сидела в машине Дмитрия. Как-то некомфортно мне стало рядом с ним. И неудивительно, учитывая, какие странные чувства меня одолевают...

– Пристегнись, - напомнил парень. На автомате я сделала это и уставилась в окно. Говорить было не о чем. Хотя, может, и было, но мне хотелось просто помолчать. В кармане юбки вибрировал мобильник, но брать трубку мне не хотелось. Если бы звонила мама или Инга, телефон бы завопил мою любимую песню, а на остальных мне всё равно. Даже на Макса.

– Не хочешь сегодня позаниматься?
– вопрос удивил меня. И это, похоже, очень даже отразилось у меня на лице.
– А что? Я не забыл, у тебя, вообще-то, большие проблемы с моим предметом.

– Дим...- вздохнула я.

– Не димкай. Учиться надо, Лев, учиться.

– А если не хочу?
– упрямо вздёрнула подбородок я.

– Заставлю!
– строго ответил он.

– И как же, интересно?
– скептично хмыкнула я.

– К маме твоей приду, скажу, что жениться на тебе собираюсь, - из меня тут же весь воздух вышибло. Я открыла рот, но ничего сказать была не в силах.
– Да, знаю, грязный шантаж, но зато как действенно, а? Ха, видела бы ты сейчас своё лицо.

– Ладно, - сощурила я глаза.
– Ты об этом пожалеешь.

– Сомневаюсь, - усмехнулся он.
– Да ответь ты уже на звонок. Бесит.

– А вот назло и не отвечу, - зло усмехнулась я. Но не тут-то было. На светофоре Дмитрий ловким движением выудил мой мобильник и ответил, правда, ничего не сказал, а сунул его мне под ухо. Какой кошмар!

– Алло?
– практически зашипела я в трубку.

– Тася, с тобой всё нормально?
– о, Макс. Я тут же успокоилась, умиротворённо вздохнула и посмотрела в окно.

– Да, всё хорошо.

– Ты уже освободилась?
– я покосилась на Дмитрия, старательно делающего вид, что он ничего не слышит. Ага, как же, небось уши греет.

– От физкультуры на сегодня - да, но Дмитрий Борисович настоял на том, что мне пора бы уже провести ещё одно дополнительное занятие. Сейчас я еду к нему, - в трубке ненадолго воцарилось молчание.

– Понятно. Тась, ну может я всё-таки тебя поучу?
– почти с мольбой спросил парень. С ним всё в порядке?

– Может ты и экзамен ещё у меня принимать будешь?
– не весело хмыкнула я.
– Максим, у тебя всё хорошо?

– Да, просто очень соскучился. Хочу увидеться, - это было приятно слышать. Вот только совесть меня грызёт за то, что со всеми последними событиями, я по нему не скучала и почти не думала о нём.

– Ну, давай я позвоню тебе, как освобожусь и что-нибудь придумаем, хорошо?

– Да!
– радостно воскликнул Макс.
– Жду звонка, пока!

– Пока, - я отключилась.

– Ненаглядный Сурков звонил?
– усмехнулся Борисыч.

– Угу.

– Всё нормально?
– уже серьёзнее спросил Дмитрий. И почему он весь такой хороший? И весёлый, и серьёзный когда надо, и умный, и глаза у него пронзительные, и голос - заслушаешься, да и сам хорош собой. И почему, спрашивается, я об этом думаю?

– Угу.

– А членораздельно, по-человечески ты разговаривать не умеешь, да?
– с раздражением спросил парень.

– Умею. Но не хочу.
– всё, на этом точка. Недолгий остаток пути мы молчали. Так же молча вошли в квартиру. Котята встретили меня весёлым мяуканьем, Маруся одарила прищуренным взглядом, но всё-таки соизволила подойти.

– Они к тебе привыкли.

– Мило, - натянула улыбку я.

– Чаю?

– А кофе есть?
– надо уже разнообразить напитки.

– И чем же тебя мой чай не устраивает?
– и почему же ты ко мне придираешься всю дорогу?

– Просто хочу кофе, вот и всё. Если нет, сойдёт и чай, - пробормотала я, отворачиваясь от Дмитрия к котятам. Мне показалось, что он утопал на кухню, поэтому я присела на пол, обняла Сталлоне и стала поглаживать его по макушке. Действовало успокаивающе.

– И чего придираться? Можно подумать мне слишком сладко живётся, мёд, видите ли, надо разбавить. Брюзга вы недовольная, Дмитрий Борисович.