«Ты застала меня не в лучшем виде», — признала потом Аннелизе.

Несмотря на возникшую между ними симпатию, Аннелизе пришла бы в ужас, узнав, что Джоди обсуждает ее с Ивонной.

Но оставаться безучастной было нельзя. В последние две недели Джоди часто забегала проведать Аннелизе и рассказать, как продвигается работа с архивами, и каждый раз Аннелизе казалась все более отстраненной и замкнутой. Единственным приятным событием в ее жизни стало возвращение в садовый центр, где Аннелизе прежде работала: по крайней мере там она встречалась с людьми. Но Джоди не покидало тревожное чувство, что этого недостаточно.

Постепенно жизнь городка (если не считать Лили и Аннелизе) вернулась в привычное русло. Иззи улетела в Нью-Йорк, Бет в Дублине радостно ожидала появления на свет ребенка, даже Нелл с Эдвардом видели как-то вечером прогуливающимися рука об руку по набережной, и этот факт привел в негодование добрую половину горожан.

Лили перевели в «Лорел три» — большой пансионат, расположенный по дороге, ведущей в Уотерфорд, и Джоди часто ее там навещала. Аннелизе же все больше погружалась в апатию. Она будто застыла на месте, не двигаясь вперед и не возвращаясь назад, замерла в печальном, вялом оцепенении, в слабом подобии жизни.

— Я знаю, это прозвучит банально, но посмотри, сколько вокруг зелени! — восхищенно воскликнула мама Джоди.

— Но городишко такой крохотный, Карен, — презрительно скривилась Лесли. — Джоди так его расписывала, я думала, Тамарин крупный город. А здесь всего-то парочка домов, не больше.

Джоди опустила глаза, не глядя на мать, она и так легко могла себе представить ее смущенный, мученический взгляд, в котором явственно читалось: «Прости, дорогая, но бедняжка Лесли так несчастна из-за Фила».

Пока Дэн вел автомобиль сквозь череду узких тамари неких улочек, Джоди старалась примириться с тем, что тете городок не понравился. Уж очень он отличался от привычных просторов Брисбена. Аккуратные домики на холмах так по-европейски, по-ирландски тесно жались друг к другу, зябко сбивались в кучу, чтобы согреться, защититься от ветра и дождя. А сейчас, под палящими лучами солнца, городок был похож на старинную изящную игрушку, здесь могла бы жить фея из волшебной сказки. Вдоль мощеных улиц тянулись ряды домов, построенных еще в начале девятнадцатого века, и среди них сразу бросался в глаза причудливый высокий особняк богатого торговца. Дальше, у самой бухты, к берегу лепились крошечные рыбацкие домишки, тесные, но хорошенькие, с водянисто-синими дверями.

Джоди успела полюбить Тамарин. Случайно найденная фотография Ратнари-Хауса неожиданно заставила ее взглянуть на этот городок другими глазами. Прежде она осторожно ступала по краю, не решаясь перешагнуть невидимую черту, а потом произошло сразу множество событий, и все вдруг изменилось. Джоди увидела Ратнари-Хаус, познакомилась с Аннелизе и Иззи, у бедной миссис Шанахан случился инсульт, и, сама того не замечая, Джоди оказалась тесно связана с множеством людей, ее жизнь вплелась в запутанный узор жизни города. У нее появились друзья, она привыкла к здешнему неторопливому течению времени и прониклась странным очарованием этого места. И если Лесли здесь не нравится, что ж, тем хуже для нее.

— Вот мы и приехали, — весело объявила Джоди, когда Дэн остановился у гостиницы «Харбор». Тамарин мог похвастать двумя гостиницами и целой кучей пансионов разного калибра, включая и те, где гостям предлагали лишь постель и горячий завтрак. Гостиница «Харбор» была, несомненно, лучшей в городе, хотя и сильно уступала отелю «Интерконтиненталь» в Сиднее, любимому отелю Лесли, как та уверяла.

Когда-то здесь проходила железнодорожная ветка, и гостиница носила название Тамаринской железнодорожной. Это было красивое здание, светлое, с высокими окнами и просторным вестибюлем, с двумя огромными колоннами, обрамлявшими вход, и множеством цветов в горшках на ступенях парадной лестницы.

Лесли окинула гостиницу суровым взглядом и поджала губы.

«Глупая корова», — сердито подумала Джоди.

Ей нравилась гостиница «Харбор» и ее чудесные интерьеры, смешение стиля Лоры Эшли [14] с мотивами «Старого Морехода» [15] , мягкая мебель с цветочной обивкой и великое множество всевозможных морских диковин, развешанных везде и всюду, в том числе огромная яркая рыбина над камином в баре. Несмотря на прибитую к стене табличку, Дэн и Джоди до конца не верили, что это настоящая рыба, а не умело раскрашенная гипсовая копия. Рыба выглядела слишком жизнерадостной для несчастного морского создания, выловленного из воды с помощью сети или крюка.

Как только гостьи зарегистрировались, Лесли заявила, что хочет отправиться к себе в комнату и прилечь. Джоди и Карен обменялись быстрыми взглядами. Джоди с радостью посидела бы сейчас с матерью за чашкой кофе, ей не терпелось поговорить, но она понимала, что это невозможно: Карен, заботясь о сестре, не оставит Лесли одну, а Лесли скорее всего захочет осмотреть свою комнату, будет ныть, что она ожидала совсем другого, что никак не придет в себя после долгого перелета, да еще станет жаловаться, что Джоди затащила ее в какую-то дыру на задворках Вселенной, в Богом забытый городишко, где даже нет собственного аэропорта.