Бабуля как-то сказала, что страх и смерть всегда соседствуют с любовью, и это воспоминание промелькнуло в оцепенелом мозгу Иззи, в то время как ее тело отвечало на жадные ласки Джо.

Нередко, вернувшись с похорон, люди предаются любви, чтобы отогнать от себя сумрачное видение смерти. Бабуля ни за что не умрет, это просто невозможно. И словно их с Джо любовный акт мог каким-то мистическим образом поддержать угасающую жизнь старой Дили Шанахан, Иззи впилась поцелуем в губы своего любовника.

Жизнь и любовь никогда не иссякнут. Да будет так!

В конце концов они перебрались на кровать: диванчик оказался слишком мал для двоих. Джо легко подхватил Иззи на руки, отнес в спальню и бережно опустил на постель. Стремясь освободить побольше места, он одним резким движением скинул на пол хорошенькие цветные подушки. Потом набросился на Иззи и распластал ее на кровати, покрывая жаркими поцелуями ее тело, лицо, волосы. Когда их тела слились воедино, Джо обхватил ладонями лицо Иззи и посмотрел ей в глаза. В этом немом жесте было столько невысказанной нежности, что Иззи едва не заплакала.

Потом, разомкнув объятия, они лежали рядом, и Иззи, уютно пристроившись на груди у Джо, тихонько прислушивалась к его ровному дыханию. Она решила, что он заснул, и позволила себе немного помечтать. А вдруг Джо сейчас скажет, что готов уйти от жены, и предложит жить вместе?

«Я нужен тебе, Иззи. Я не хочу отпускать тебя одну и поеду с тобой в Тамарин».

Иззи ни за что не завела бы этот разговор сама. Она не стала бы виться вокруг мужчины и строить планы, как бы половчее отбить его у жены. Но если бы Джо спросил, она бы ответила: «Спасибо. Я надеялась, что ты предложишь, но никогда не решилась бы попросить тебя об этом».

Попросив, она оказалась бы не лучше тех женщин, что всегда вызывали у нее отвращение, — профессиональных охотниц за тугими кошельками, которые мечтают лишь о том, как окрутить женатого мужчину и наложить лапу на его банковский счет. Иззи была не такой.

Но если бы Джо решил вдруг уйти к ней, как бы это было чудесно! Они бы вместе сидели в больнице рядом с кроватью бабушки и держались за руки. Так было бы немного легче выдержать неизвестность.

«Вот мужчина, которого я люблю, бабуля», — прошептала бы она, и даже если — не приведи Господь — бабушка так и не пришла бы в себя, Иззи все равно показала бы ей Джо. Он бы понравился бабуле, а Иззи очень важно было получить ее одобрение. Пусть поначалу у них с Джо все складывалось непросто, но ведь в конце концов они будут счастливы, потому что этим миром правит любовь.

И любовь всей ее жизни — огромный мужчина, раскинувшийся рядом с ней на постели, медленно повернулся на бок и приподнялся на локте, глядя на нее сверху вниз. Иззи радостно улыбнулась ему, с нежностью разглядывая его лицо, такое знакомое и родное.

— Иззи, мне нужно знать, зачем ты пришла вчера к музею.

— Что? — переспросила она, отчетливо понимая, что все ее мечты только что разбились вдребезги. — А ты не догадываешься?

— Пожалуй, нет.

Иззи резко села на кровати и натянула на себя простыню, чтобы прикрыть грудь.

— Да ладно, Джо. Это же не бином Ньютона. Ты один из самых сообразительных людей, из числа тех, кого я знаю. Думаю, ты легко угадаешь ответ.

— Ты хотела посмотреть на мою жену?

Он не назвал ее имени, не смог выговорить «Элизабет» здесь, в квартире любовницы, как будто этим он вывалял бы в грязи свою жену. Он должен был оградить Элизабет от Иззи, как же иначе? И от этой мысли у Иззи по спине пробежал холодок.

— Для этого достаточно развернуть любой журнал, Джо, — сухо сказала она. — Я хотела увидеть вас вместе, понимаешь? Тебя и ее. Разве тебе не захотелось бы увидеть меня с мужем, если бы в нашей паре замужем была я?

— Будь ты замужем, мы не были бы вместе, — хмуро отрезал Джо.

— Что? — недоверчиво переспросила Иззи.

— Я не хочу ни с кем тебя делить. — Джо невозмутимо пожал плечами. — Тут даже не о чем говорить. Я бы никогда не стал встречаться с женщиной, которая принадлежит другому.

Иззи вспыхнула от ярости.

— Ах ты, ублюдок! — зашипела она. — Я должна делить тебя с другой, а ты отказываешься делить меня? Не знала, что ты такой двуличный.

— Я двуличный? Не думаю. — Джо прищурился, буравя ее взглядом. В глазах его полыхнула холодная сталь, и Иззи помертвела от ужаса. Никогда еще Джо не смотрел на нее с такой злостью. — Я и представить себе не мог, что ты станешь выслеживать меня, словно охотник дичь, и подстерегать у входа в музей, куда я собрался с женой и друзьями.

Слова Джо больно ранили Иззи. Ей показалось, что ее наотмашь хлестнули по лицу.

— Не могу поверить, что ты мне это говоришь, — прошептала она. Гнев утих, остались лишь растерянность и страх. Совсем не этого она ждала от встречи с Джо. Неужели это тот самый мужчина, что всего несколько минут назад смотрел на нее с бесконечной нежностью и любовью? Сейчас Джо казался чужим и враждебным. — Я думала, ты меня любишь. — Слова вырвались у нее сами собой и повисли в воздухе. Наступила тишина, такая же глубокая, как в какой-нибудь долине рядом с индейским поселком в Нью-Мексико, откуда недавно вернулась Иззи. За окном завыла и смолкла полицейская сирена. — Я думала, что вы с Элизабет вместе только из-за детей. Ты сам меня в этом уверял. Так это правда или нет?