Руис, ухмыльнувшись при виде моих страданий, кивает на пирамиду с «маузерами».

– Там с краю с оптикой кто, «девяносто восьмой»*?

– «Эф-ар-восемь».

– Еще лучше. Дайте глянуть, пожалуйста.

Обычный маузеровский карабин с укороченным прикладом и сильно вынесенной «по-скаутски» вперед древней оптикой годов так сороковых; на вид, однако, непокоцанный, и на патроннике стоит «308». Тоже небось какая-то перестволка…

– Испанская переделка старых винтовок для тамошней национальной гвардии и резервистов, – поясняет Руис, заметив мой любопытствующий взгляд, – в восьмидесятые их сплавляли к нам в Мексику. Оптика хреновенькая, да и по кучности «эфе-эре-очо» на полноценную снайперку не потянет, ярдов на четыреста от силы. Но вроде ствол свежий. Сколько за это удовольствие?

– Сто двадцать экю с прицелом и шестью обоймами. Штыка в комплекте нет, можете взять дополнительно – подходит стандартный от «джи-три».

– Нет уж, штыковой бой – не мое, обойдусь одним карабином. Ну, Влад, определился с патронами? Мне сотни хватит надолго, только из кучи откатаю.

– А мне сотня – считай, на пристрелку и уйдет, меньше трех магазинов на такое не потратишь.

– Брал бы «фал» или «имбел»* вместо «мадсена» – убойность та же, но не такой прожорливый, опять же легче вдвое.

– Вот сам и бери, а мою хрустальную мечту не лапай.

– Раз мечта, молчу. А мне «фал» не годится, приклад слишком длинный, переделывать надо. Поработаю пока с «испанкой», дома «маузер» почти такой же был, разве что под семь миллиметров* и оптика бушнелловская…

– Ну и ладно. Аннамария, будьте любезны, выделите нам патронов – сотен восемь, пожалуй. Руис, какие лучше?

– Валовые – все равно чьи, только чтобы одного образца были, отбирать легче.

Аннамария выставляет на массивный прилавок четыре квадратных жестяных цинка, маркировка белым по темно-зеленому «200 CARTRIDGES 7.62 MM NATO M80». Ох и весело будет тащить все это… ладно, машина довезет.

– Пистолеты брать будете? В Новой Земле, как правило, народ имеет и дополнительное оружие, во многих городах пистолеты к ношению разрешены, а винтовки и автоматы – нет.

«Ну вот, опять расходы», ворчит мой внутренний Матроскин. Напарник, у которого с деньгами еще хуже, чем у меня – да, сейчас рассчитываюсь я, но отдавать-то все равно придется, – хмуро обозревает разложенные на полке пистолеты…

– Вон, во втором ряду, револьверы, – показывает он. – Дайте, пожалуйста.

Повертев в руках, сразу откладывает вороненый шестизарядник типичного полицейского вида, с деревянной рукояткой и откидным барабаном. На стволе обозначено «.38 Special».

– «Эф-ти-двадцать-ноль-ноль»*, из запасов чилийской жандармерии, – сообщает Аннамария. – Ничего, надежная штука, и недорого, всего сто пятьдесят экю. Кобура в комплекте.

– Вот и давайте. И к нему коробку патронов на двадцать; не автомат – хватит.

– Пожалуйста.

А я все в сомнениях: «кольт», конечно, хрустальная мечта номер два – но с пистолетами я знаком только на уровне пневматики, флоберов и советской еще мелкашки, ПМ* и тот довелось разве что полапать. Практики-базы никакой, а спецы хором твердят, что короткоствол освоить до уровня «попал примерно в цель» куда труднее ружья-карабина-автомата. В таком деле спецам поверить стоит, а значит, пистолет сейчас у меня будет «для виду», в лучшем разе как ствол последнего шанса для стрельбы в упор. Опять же Деметриос советовал не увлекаться… Вывод: лишнего не тратить, взять по примеру Руиса скромный револьверчик, абы в руку лег. Никелированный восьмизарядник – великоват и вообще скорее для понту, а вот тот слева… да, пожалуй, годится. Ствол короткий, сантиметров шесть, бакелитовая рукоятка с насечками, тот же тридцать восьмой калибр, откидной барабан – пять патронов, ничего, мне не для шквальных перестрелок в стиле Джона Ву. Клеймо – бычья голова. Вид у револьвера поюзанный, однако нигде ничего не шатается; видать, носили много, а стреляли редко.

– Таурус?

– Да, – кивает Аннамария, – копия смит-вессоновской шестидесятки «леди смит»*. Даже не знаю, как такой к нам попал, на вооружение его вроде бы не принимали ни в Бразилии, ни у соседей [18] . Сто двадцать экю, кобуры к револьверу нет, и ни одна из свободных не подойдет, слишком короткий. Разве что на клипсу вешать прямо на пояс… ну или просто в кармане держать.

– Пойдет. И коробку патронов к нему, двадцати хватит. Все, считайте – единым чеком. Скидки оптовым клиентам не положены?

– Оптовые клиенты закупаются грузовиками, – фыркает девица. – Итак: пулемет, карабин, четыре цинка триста восьмых, два револьвера и две малых коробки тридцать восьмых. – Вбивает цены в калькулятор. – Тысяча сто тридцать экю ровно. Скидок не предусмотрено, однако по нашим правилам, если клиент совершил покупку на тысячу экю и более, ему полагается подарок. Рекомендую сумку для оружия, она пломбируется, и в дальнейшем вы можете не оставлять оружие в машине, а просто сдать на хранение в любой гостинице.

Протягиваю карточку Ай-Ди, потом добываю из набрюшника три «красненькие».

– Снимите со счета тысячу сто. И вот еще тридцать монет. А пулемет в сумку войдет?

– С запасом.

Пробив два чека, Аннамария передает мне один на подписать; потом извлекает из-под прилавка громадный баул. Да, сюда не то что «мадсен» – сюда «максим»* влезет. Причем с колесным станком, если разобрать. Толстый оливкового оттенка брезент, двойная прошивка, универсальные ремни – на плечо, в руку или за спину, – и металлический тросик блокиратора вдоль молнии. Уложив в сумку все оружие, Аннамария затягивает тросик и защелкивает на нем пломбу.