— Теперь вы можете спокойно возвращаться в Бордо, — говорил Сэм, — выходить замуж за своего Арно и жить долго и счастливо. Кстати, когда свадьба?

— В августе, у него в шато.

— А я приглашен?

— А вы приедете?

— Конечно. Никогда не был на французской свадьбе. А где вы собираетесь провести медовый месяц? Приезжайте в Лос-Анджелес, я готов вас там развлекать.

Софи рассмеялась.

— А вы что будете делать? Куда теперь?

— Закончу все дела здесь и поеду в Париж. Доложу о результатах людям из «Нокса».

— А что вы им скажете?

— Ну, я уж конечно не стану смущать их подробностями. Думаю, буду придерживаться версии Филиппа: анонимный звонок, бесстрашный репортер ведет независимое расследование и в итоге выходит на Рота. Они не будут задавать лишних вопросов, когда узнают, что им не придется выплачивать три миллиона.

Впереди фургон Филиппа одолевал последние витки серпантина, ведущего к ферме. Сэм уже с удовольствием предвкушал, как журналист приедет в Лос-Анджелес брать интервью у Рота. Надо будет на это время арендовать старый джип времен Второй мировой войны и совершить на нем набег на магазины армейской амуниции. А еще можно сводить его на выставку оружия. Может, хотя бы француз объяснит ему, почему американцы считают необходимым охотиться на белок с полуавтоматическими штурмовыми винтовками.

Уже во второй раз за день Филипп провел их через весь дом к погребу. На этот раз под одной подмышкой у него была зажата канистра с крысиным ядом, а под другой стопка сложенных картонных коробок. Втроем они переложили в них бутылки за какой-то час. Выходя из погреба последним, Филипп бросил на пол щедрую горсть ядовитых шариков и, перед тем как закрыть за собой дверь, пожелал крысам bon арр'etit.

Софи и Сэм тем временем на улице грузили в фургон последние ящики Ребуля. По дороге в Марсель Филипп выбросит их на какой-нибудь свалке.

— Ну, кажется, все, — сказал Сэм, повернувшись к журналисту. — Осталось только подыскать жилье нам с Софи на одну ночь. Есть идеи?

Филипп почесал голову сквозь слой паутины.

— В Марселе вас могут увидеть, а оставаться в этих местах тоже не стоит — народу здесь мало, и на чужих сразу обращают внимание. А как насчет Экса? Мне говорили, что «Вилла Галличи» — очень милое местечко.

Так оно и оказалось. Это был небольшой отель всего в двух минутах ходьбы от многочисленных кафе и прочих радостей Кур-Мирабо. Но на них у Сэма уже не оставалось сил. Прилив адреналина прошел, и его место заняла усталость. В конце концов, за двое суток он поспал всего полтора часа в машине. Извинившись перед Софи, он поднялся к себе в номер и одетым рухнул на кровать.

Шесть часов крепкого сна и горячий душ отчасти вернули его к жизни. Он даже решил спуститься на тенистую террасу отеля и там взбодрить себя бокалом шампанского. В телефоне оказалось два непрочитанных сообщения: одно от Элены, желающей знать, как идут дела, а другое от Шредера. Решив оставить Элену на потом, Сэм набрал номер Акселя.

— Аксель, это Сэм.

— Милый мальчик, а я уж начал волноваться за тебя. Надеюсь, ты не надрываешься на работе? — Он говорил голосом доктора, увещевающего больного.

— Ты же знаешь, Аксель, свой кусок хлеба с маслом мне надо заслужить. Ничего не дается даром. Хотя на этот раз мне повезло.

Шредер молчал. Ничего говорить и не требовалось. Сэм чувствовал, как даже воздух в трубке дрожит от любопытства.

— Я нашел вино. Всю коллекцию.

— И где же оно?

— В надежном месте.

— Сэм, нам надо встретиться и поговорить, — заявил Аксель после небольшой паузы. — Я знаю пару людей, которых это очень-очень заинтересует.

— Даже не сомневаюсь.

— Риска нет никакого, а прибыль поделим пополам.

— Аксель, это ты все провернул?

— Ну хорошо, не пополам, а шестьдесят на сорок. Шестьдесят — тебе.

— В другой раз, старый жулик.

Шредер усмехнулся:

— Согласись, попробовать все-таки стоило. Если передумаешь, ты знаешь, как меня найти. И будь благоразумен.

Сэм оглядел террасу. Столы были уже накрыты для обеда, и ему вдруг до смерти захотелось сочного бифштекса с кровью и бутылку хорошего красного вина. Чуть погодя надо будет позвонить Софи и пригласить ее, но сначала Элена.

Она поздравила его и, разумеется, захотела узнать все подробности.

— Элена, мне не хотелось бы говорить об этом по телефону. Когда ты сможешь приехать?

— Забудь об этом, Сэм. Французскими делами занимается наш французский филиал. Для этого мы его и открыли. Когда ты будешь в Париже?

— Завтра вечером.

— Опять в «Монталамбере»?

— Да, в «Монталамбере». Элена…

Но она прервала его, заговорила деловым тоном и быстро свернула разговор:

— Я скажу людям из филиала, чтобы нашли тебя там. Отличная работа, Сэм. Молодец. Рот этого, конечно, не заслуживает, но мой шеф будет счастлив. Пойду поскорее порадую его.