— Это предположение или уверенность?

— Уверенность.

— Наконец-то успокаивающая новость!

— Но она единственная, Ваше Величество. Мои осведомители только что передали мне призывы о помощи правителей Мегиддо, конечного пункта караванов, Дамаска и финикийских портов, куда прибывают многочисленные торговые суда. Хеттские набеги и нестабильное положение в этих районах уже нарушают торговые связи. Если мы не вмешаемся, то очень скоро хетты изолируют нас от наших партнеров, а затем их уничтожат. Империя, построенная Сети и его предшественниками, будет разрушена.

— Ты думаешь, Аша, что я не осознаю этого?

— Всегда ли мы достаточно осознаем смертельную опасность, Ваше Величество?

— Действительно ли были использованы все возможности дипломатии? — спросил Амени.

— Население целого города было уничтожено, — напомнил Рамзес, — о какой дипломатии может идти речь после такого ужаса?

— Война принесет тысячи жертв.

— А ты, Амени, предложил бы сдаться? — с насмешливым видом спросил Шенар.

Личный писец Фараона сжал кулаки.

— Возьмите ваши слова обратно, Шенар.

— Так вы будете, наконец, готовы сражаться, Амени?

— Довольно, — резко сказал Рамзес. — Приберегите ваши силы для защиты Египта. Шенар, ты сторонник немедленного военного вмешательства?

— Я колеблюсь… Не лучше ли будет выждать, укрепляя оборону?

— Управление по снабжению войск не готово, — уточнил Амени. — Начав кампанию без подготовки, можно прийти к катастрофе.

— Чем больше мы будем ждать, — возразил Аша, — тем быстрее разрастется восстание в Ханаане. Надо немедленно его пресечь, чтобы восстановить буферную зону, отделяющую нас от хеттов. В противном случае они смогут продвинуться вперед и получить прекрасную территорию для подготовки вторжения.

— Фараон не должен необдуманно рисковать жизнью, — раздраженно возразил Амени.

— Ты обвиняешь меня в легкомыслии? — ледяным тоном спросил Аша.

— Ты не знаешь действительного состояния наших войск. Их снаряжение все еще недостаточно, хотя производство оружия идет полным ходом.

— Какими бы ни были трудности, нужно без промедления восстановить порядок в наших провинциях. Речь идет о спасении Египта.

Шенар воздержался от вмешательства в спор двоих друзей. Рамзес, одинаково доверявший Амени и Аша, слушал их с большим вниманием.

— Выйдите! — приказал он.

Оставшись один, Фараон посмотрел на солнце, творца Света, чьим сыном он был.

Сын Солнца обладал способностью наблюдать за дневным светилом, не прикрывая глаз.

«Сумей увидеть преимущество и уникальность каждого человеческого существа, — советовал Сети, — найди в каждом то, в чем он незаменим. Но решать все должен сам. Полюби Египет больше самого себя, и тогда путь прояснится.»

Рамзес думал о спорах троих мужей. Нерешительный Шенар более всего на свете хотел быть приятным; Амени желал защищать страну как святилище и отказывался видеть положение дел за пределами Египта; Аша видел общую ситуацию и не пытался замаскировать всю серьезность положения.

Другие заботы беспокоили царя не меньше. Он вспомнил о Моисее: не настигла ли его буря? Аша было поручено найти его, но он не сумел отыскать никакого следа. Осведомители безмолвствовали. Если еврею удалось покинуть Египет, он должен был направиться либо в сторону Ливии, либо к царствам Эдома и Моава, либо в Ханаан или Сирию. В спокойное время его в конце концов отыскали бы. Но теперь, если Моисей был все еще жив, надо было рассчитывать только на удачу, чтобы узнать его местонахождение.

Рамзес вышел из дворца и направился в резиденцию военачальников. Его единственная забота в данный момент состояла в том, чтобы ускорить подготовку армии.

Шенар запер дверь своего кабинета на оба деревянных засова, затем взглянул в окно, чтобы убедиться, что во внутреннем дворе никого нет. Предусмотрительно приказал охранникам, находившимся в передней, удалиться в другой конец коридора.

— Никто не может нас подслушать, — сказал он Аша.

— Может, было бы безопаснее встретиться где-нибудь в другом месте?

— Мы должны создавать видимость постоянной работы над безопасностью страны. Рамзес приказал выгонять любого работника, отсутствующего без уважительной причины. Мы находимся в состоянии войны, мой дорогой Аша!

— Нет еще.

— Фараон принял решение, это очевидно! Вы его убедили.

— Надеюсь, но нужно быть осмотрительными. Рамзес зачастую непредсказуем.

— Наша маленькая игра была безукоризненна. Брат счел, что я колеблюсь и не решаюсь выступить из страха быть ему неприятным. Вы же, напротив, решительный и резкий, подчеркнули мою бесхарактерность. Как Рамзес может заподозрить нас в сговоре?

Довольный, Шенар наполнил две чаши белым вином из города Имау, славящимся своими виноградниками.