— Взорвусь?! — воскликнул Тони. — И вы думаете, что я поверю этой чепухе? Знаете, мне кажется, пора вам уже назвать свои настоящие имена.

Коротышка посмотрел на товарища.

— Как считаешь, Хвастун, мы и вправду должны это сделать — сказать ему, как нас зовут?

— Да ты уже сделал это, болван! — негодующе бросил тот. — Сколько тебя ни наставляй, все без пользы. — Повернувшись к Тони, он произнес с ноткой надменного превосходства в голосе: — Итак, вы уже знаете, что я Хвастун. — Он слегка поклонился с важным видом. — А этого болвана, — он мотнул головой в сторону коротышки, — зовут Болтун. Раньше его звали Блефун, но он был недавно понижен в должности и переименован, потому что… — Он слегка наклонился к Тони, словно желая посвятить его в некий секрет. — Вы и сами, несомненно, понимаете почему.

— Так вас зовут Болтун и Хвастун? — удивился Тони. — Глупейшие имена! Кто дал вам эти смешные прозвища?

— Так вы же, кто еще! — бросил Болтун и получил свой подзатыльник.

— Да заткни же хлебало, олух! — прорычал Хвастун. — Это просто болезнь какая-то! Вот погоди, Эго съест тебя с потрохами, и кончится…

— Тихо! — скомандовал Тони. Оба чудака на удивление послушно замолчали и вытянулись перед ним в струнку. Бахвальство сменилось страхом. Они старались не смотреть ему в лицо — отводили взгляд в сторону или опускали на землю. — Как понять твои слова, Болтун? Я дал вам эти имена?

Болтун нервно переминался с ноги на ногу, словно что-то распирало его изнутри. Наконец нарастающее напряжение выплеснулось наружу:

— Так вы не узнаете нас?

— Где я мог познакомиться с такой смехотворной парочкой?

— Но это вы дали нам имена — точнее, другие нас так назвали, исходя из ваших решений и поступков. Мы принадлежим вам. Мы, так сказать, олицетворяем вашу болтливость и ваше хвастовство.

— Это правда, Тони, — прозвучал голос Бабушки, которая вдруг оказалась рядом. — Они находятся здесь потому, что ты дал им голос и место в своей душе. Ты считал, что они необходимы тебе для достижения успеха.

Собеседники Тони не подозревали о присутствии Бабушки, не видели и не слышали ее. Их нервное возбуждение нарастало.

— Так они и есть те самые сквоттеры! — понял Тони.

— Сквоттеры? — протестующе воскликнул Хвастун. — Мы не сквоттеры, мы живем здесь. Мы имеем полное право здесь находиться!

— Это моя земля, мои владения, — заявил Тони, — и я не…

— Что-что? — возопил Болтун, приняв грозный вид и выпятив грудь. — Кто сказал вам, что это ваши владения? Достаточно уже дерзостей я от вас наслушался! Я сейчас пойду туда и…

— И что? — насмешливо спросил Тони.

— Да нет, ничего… — сник Болтун. — Я просто так, размышлял… — Стоило коротышке встретить отпор, и он съежился, казалось, до еще меньших размеров.

— Я так и думал. Вы оба — просто отрыжка, пустое место, фикции, которые, как я считал, должны помочь мне добиться успеха.

— Но мы же помогли, разве нет? Разве вы не добились успеха? — поднял голову Хвастун. — Мы все вместе победили, и вы нам обязаны своим успехом! — хныкал он, тоже съежившись под взглядом Тони.

— Я вам обязан? — переспросил Тони растерянно, осознав, что это правда. — Но какая же это победа, если я добился ее с помощью Болтуна и Хвастуна? Если я сам изобрел вас, думая, что вы мне нужны, значит я еще больший глупец, чем вы оба вместе взятые. На самом деле не вы нужны были мне, мне нужны были честность, прямота, внутренняя цельность.

— Сорняки! — бросил Хвастун.

— Что «сорняки»?

— Честность, цельность, прямота — это сорняки, вредные цветные явления с шипами.

— Повидайся с другими, — предложила стоявшая рядом Бабушка.

— А теперь отведите меня к другим! — потребовал Тони. — И не пытайтесь одурачить меня своими выдумками насчет того, что я взорвусь.

— Только одна маленькая просьба, — взмолился Хвастун, растерявший все свое хвастовство. — Вы скажете Эго, что вынудили нас отвести вас к нему, что у нас не было выбора?

— Эго? Это ваш благодетель? — Оба кивнули. — Иначе говоря, ваш босс?

— Да, — подтвердил Болтун. — Он сильнее нас и потому указывает, что мы должны делать. Ему вряд ли понравится, что мы привели вас к нему. Он отчитывается перед самим главным боссом… Ой! — Он съежился, ожидая подзатыльника, но Хвастун предпочел промолчать и покорно ждал продолжения.

— А кто у вас главный босс? — спросил Тони.

— Так вы же, мистер Энтони Спенсер, — ответил Болтун с плутоватой улыбкой. — Вы, разочарованный владелец этого негодного куска земли, вы главный босс. Но мне надо быть осторожнее. Тут столько бессердечия и вероломства.

Тони подозревал, что Болтун намекает на него самого, но не хотел тратить время на выяснения. Он был уже сыт по горло разговором с этой парочкой и сделал им знак, чтобы они возвращались, откуда пришли, а сам пошел следом, сопровождаемый Бабушкой.