— Мэгги, мне хочется расцеловать тебя! — завопил Тони.

— Это было бы какое-то неведомое доселе извращение. Интересно, что при этом произошло бы? Так значит, это и есть твой пароль?

— Да! Входной пароль. Дай-ка я посмотрю, когда письмо было отправлено. Ну да, все верно. Ох, мы сможем сэкономить массу времени!

— Ты говорил, есть какой-то третий способ узнать пароль.

— Теперь он не нужен. Пароль высылается электронной почтой на специальный компьютер в моем городском офисе. Пароль доступа к компьютеру не известен никому, кроме меня. Я думал, мы могли бы навестить моих сотрудников под каким-нибудь предлогом и зайти в мой кабинет. Наверное, Джейка, как моего брата, впустили бы.

— Да, но это означало бы…

— …что ты должна его поцеловать. В общем, непростой вариант. Но теперь нам нет нужды привлекать Джейка к этому делу. — Тони вздохнул с облегчением. — В связи с этим у меня к тебе вопрос… — Помолчав, он задал его: — Что ты думаешь о Джейке?

— Ты имеешь в виду Джейкоба Адена Ксавье Спенсера, твоего брата?

— Откуда ты знаешь его полное имя? — удивился Тони.

— Кларенс видел его бумаги. Чтоб ты знал, полиция завела на него досье несколько лет назад. Он не совершил ничего страшного — просто кража со взломом, чтобы добыть средства на наркотики. Отмотал свой «пятак» в Техасе…

— Мэгги! Что за выражения?

— Дорогуша, ты не имеешь представления ни о моих предках, ни о моей жизни, так что лучше отзынь.

— Приношу свои извинения. Продолжай, пожалуйста.

— Вчера я провела часа два в обществе Джейка в больнице. Он все время говорил о тебе. Не знаю, в курсе ли ты, но он боготворит землю, по которой ты ходишь. Он сказал, что выжил только благодаря тебе: ты опекал его, когда он был еще мальчишкой, а у вас в семье все пошло кувырком. Потом вы расстались, он связался с плохой компанией, пристрастился к наркотикам и стыдился позвонить тебе, пока не «очистится». Ты для него как отец родной, а он — паршивая овца, неудачник и наркоман.

Тони слушал молча, его переполняли чувства, вызванные этим неожиданным откровением.

— Он совершенно «очистился», Тони. Вступил в общество анонимных наркоманов, обратился за помощью в реабилитационный центр, стал посещать церковь и вот уже почти шесть лет не употребляет наркотиков. Пошел учиться, на жизнь зарабатывал поденной работой, окончил Тихоокеанский колледж Уорнера [39] здесь, в Портленде. Теперь работает в организации под названием «Портлендский центр лидерства» и копит деньги. Он хотел прочно стать на ноги и затем уже, набравшись храбрости, позвонить тебе, но полиция опередила его, сообщив, что ты в коме. Он плакал, Тони. Он хотел, чтобы ты мог гордиться им, — это, возможно, было для него самым важным в жизни. И теперь он чувствует, что упустил свой шанс встретиться с тобой и излить душу. Но мы вылечим тебя, и вы поговорите. Ему действительно необходимо знать, что он для тебя что-то значит.

Тони слушал, стараясь сохранять спокойствие.

— Мэгги, мне важно понять, доверяешь ли ты Джейку. Веришь ли ты, что он в самом деле изменился к лучшему?

Мэгги почувствовала, что для Тони это очень важно, и тщательно обдумала свой ответ.

— Да, я верю ему. Все говорит о том, что твой брат — толковый и надежный парень, он честно трудится, и я доверила бы ему даже Кэбби и Линдси и уж тем более все остальное.

— Это главное, что мне хотелось узнать, Мэгги, потому что я доверяю тебе, и если ты веришь Джейку, для меня это лучшая рекомендация. Спасибо!

Мэгги чувствовала, что Тони мог бы еще многое сказать о своих отношениях с братом, но не стала его пытать. Придет время, сам расскажет.

— Такое доверие — большая честь, Тони.

— Ты — одна из первых, кому я смог довериться. Для меня это значит так много, что ты даже не можешь себе представить.

— Довериться кому-то — большой риск. В отношениях между людьми всегда есть риск, но идти на него надо — до известного предела. Без отношений с другими в мире не было бы смысла. Одни люди приятнее других, с другими можно встречаться лишь время от времени, с третьими трудно иметь дело, с четвертыми — легко, но их немного. Однако каждый из них важен.

Мэгги сунула пирог в духовку, отрегулировала температуру и принялась готовить чай.

— Хочу сказать тебе, Тони, что у человека могут быть самые разные знакомые — и у меня, и у тебя. Это я так говорю, на всякий случай.

— Спасибо, Мэгги, за все, что ты делаешь для меня.

— Не за что, мистер Тони.

— Почему ты обратилась ко мне так? — удивился он.

— Не знаю, просто, — пожала плечами негритянка. — А что?

— Да нет, ничего особенного. Одна маленькая девочка так меня называла.

— Ох уж эти дети! — рассмеялась Мэгги. — Они способны пробраться туда, куда мы никого из взрослых в жизни не пустим.

— Это точно, — согласился Тони.

Пока пекся пирог, они перебрасывались репликами, как семейная пара со стажем. Говорили легко и шутливо, но каждая фраза была полна глубокого смысла.

Как только шикарный пирог был извлечен из духовки, ввалились веселые Молли и Кэбби. Кэбби кинулся к своей подруге Мэгги и, по-медвежьи облапив ее, прошептал:

— Та-Ни… не то? — после чего, хихикая, убежал в свою комнату.