Шрифт:
Преподобный отец Опимиан:
– Список ваш, признаюсь, можно во сто крат умножить. Стоит заглянуть в историю, стоит открыть газету - и вы сразу встретите образец несчастного супружества. Но самое заметное не есть самое распространенное. В тихой повседневности - secretum iter et fallentis semita vitae {[обособленный путь и жизни безвестной тропинка {98} (лат.).]}, я покажу вам множество пар, служащих друг другу поддержкой и опорой. И дети, наконец. Благословение старости, последнее утешение, когда откажут все прочие, последняя надежда - это дочь.
Мистер Принс:
– Не все дочери хороши.
Преподобный отец Опимиан:
– Но многие. Из близких наших они всех менее обманывают наши ожидания. Если только родители не обращаются с ними так, что лишаются дочерней привязанности, а мы, увы, нередко видим и такое.
Мистер Принс:
– О сыновьях вы этого не говорите.
Преподобный отец Опимиан:
– Мальчишки своевольничают, тщеславятся, повесничают, легко поддаются дурному примеру, а в дурных примерах нигде нет недостатка. Да, нынешних молодых людей мне не за что хвалить, хотя бывают и среди них достойные.
Мистер Принс:
– Сами знаете, что говорит Патеркул о сыновьях того времени.
Преподобный отец Опимиан:
– “Жены были верны изгнанникам; вольноотпущенники менее; рабы и того менее; сыновья же вовсе были им неверны” {Id tamen notandum est, fuisse in proscriptos uxorum fidem summam, libertorum mediam, servorum aliquam, filioium nullam.
– Paterculus {100}, I, II, c. 67. (Примеч. автора).}. Так он говорит. Но были и верные сыновья: например, сыновья Марка Оппия и Квинта Цицерона {Сжатый и исчерпывающий рассказ о них и других примерах сыновней преданности можно найти в Freinshemius; Supplementa Liviana, СХХ 77-80. (Примеч. автора), [Дополнения к Ливию, составленные Фрайншемиусом (лат.)]}. Кстати, первое место, заметьте, он отводит женам.
Мистер Принс:
– Ну-да, это лотерея, и каждый может попытать счастья. Однако мой план жизни был превосходен.
Преподобный отец Опимиан:
– Но справедливо ли обрекать семь юных женщин на девство?
Мистер Принс:
– Их никто не неволит…
Преподобный отец Опимиан:
– Бесспорно, легко можно понять, отчего они предпочли нынешнее свое состояние условиям обычной жизни семейственной. Но замужество - естественная мечта всякой женщины, и если бы представился счастливый случай…
Мистер Принс:
– Случай, соответственный их воспитанию, вряд ли совместим с их положением в обществе.
Преподобный отец Опимиан:
– Они воспитаны так, чтобы радовать взор и приносить пользу. Одно другому не должно мешать и, что касается до них, вовсе не мешает, а потому не послужило бы препятствием к хорошей партии.
Мистер Принс покачал головой, помолчал немного, а потом обрушил на приятеля град цитации, доказывающих нелепость и несчастье брачной жизни. Его преподобие ответил таким же градом цитации, доказывающих противное. Он остановился, чтобы перевести дух. Оба от души расхохотались. Следствием спора и смеха было то, что мистер Принс высказал намерение познакомиться с лордом Сомом и отправиться с этой целью в усадьбу Гриллов.
1. ГЛАВА XIII
ЛОРД СОМ. СИБИРСКИЕ ОБЕДЫ. СКУКА ЖИЗНИ СВЕТСКОЙ
Ille potens sui
Laetusque deget, cui licet in diem
Dixisse, Vixi: eras vel atra
Nube polum pater occupato,
Vel sole puro: non tamen irritum
Quodcuraque retro est efficiet; neque
Diffinget infectumque reddet,
Quod fugiens semel hora vexit.
Hor. Carm. III, 29 {*}
{* Проводит весело жизнь свою,
Как хочет, тот, кто может сказать: сей день
Я прожил, завтра - черной тучей
Пусть занимает Юпитер небо.
Иль ясным солнцем - все же не властен он
Что свершилось, то повернуть назад;
Что время быстрое умчало.
То отменить иль небывшим сделать.
Гораций. Оды. III, 29 {101}.}
По-настоящему счастлив лишь тот,
Кто днем сегодняшним живет.
Лишь тот, кто скажет полновесно -
Назавтра хоть потоп - день прожит интересно!
Пусть шторм иль солнце светит, дождь иль штиль.
Все радости мои, а остальное - гиль.
Над прошлым небо не имеет власти.
Но что прошло - то было, в этом счастье.
[Пер. Драйдена]
Большое общество съехалось в усадьбу. Были тут юные дамы, которым надлежало составить хор. Была тут престарелая незамужняя мисс Тополь, большую часть времени проводившая в гостях и всюду радушно принимаемая благодаря доброму своему нраву, приятности в беседе, знанию света, тонкому вкусу к музыке; уменью толковать о платьях, которого одного ей достало бы, чтобы снискать расположение барышень; к тому же она была начитанна в старой и новейшей литературе; обо всем имела свое сужденье и умела его защитить. Был тут мистер Мак-Мусс, старинный приятель мистера Грилла, господин, заключавший в себе все познания в области духовной, нравственной и политической жизни, какими может похвастать Шотландия. Их, однако же, он, “как скряга, бережет”, не потому, чтобы “не пускать в оборот” {*}, а потому, что всему находил свое время и считал время обеда более подходящим для приятной веселости, нежели для ученых бесед. Были тут и мистер Мифасоль, вызвавшийся сочинить музыку для комедии, и мистер Шпатель, вызвавшийся написать к ней декорации. И наконец, тут был лорд Сом, новый знакомый мистера Грилла.