Мне ответила тишина, перешедшая в слабый хрип. Что-то зашевелилось, и я с ужасом увидел, что пожилой гость начал слабо перебирать ногами. Значит, он не умер? Что еще страшнее: раз я не смог этого точно определить, то, вполне возможно, ошибся и с диагнозом Ди. Впрочем, как я сразу себе напомнил, мне пришлось душить любимую еще и подушкой, заодно с котенком, поэтому она точно мертва.

– Как вы? – задал я, в общем-то, абсолютно глупый вопрос и торопливо подошел к гостю.

– Нагнитесь, – послышался чуть слышный шепот, и я поспешил склониться.

И тут гость с неожиданной прытью двинулся вперед и, обхватив мою голову прохладными руками, начал целовать в губы. Я чувствовал что-то пористо-мягкое во рту и понял, что если не оторву его от себя, то задохнусь в жиже тошноты, неукротимо подступающей к горлу.

Кажется, мы боролись нескончаемо долго, потом хватка гостя начала слабеть, и, когда мне удалось оттащить его от себя на расстояние вытянутой руки, его губы произнесли нежным голосом Ди:

– А ты, оказывается, и с мужиками неплохо целуешься.

Потом тело старика обмякло, и я, увлекаемый его весом, обессиленно упал рядом.

Тошнота постепенно проходила, но мне не хотелось думать о произошедшем. Очевидно, я опять ошибся – гость, конечно, был мертв, но Ди каким-то образом смогла вдохнуть в него подобие жизни. Возможно, это и есть проявление того самого зловещего обряда, когда злой дух пытается обладать пусть и умершим, но все-таки телом? В таком случае, мне еще повезло, что удалось отделаться хоть и отвратительным, но поцелуем, а не разорванным горлом или выцарапанными глазами. Да, сегодня явно стоит мыслить исключительно позитивными категориями, чтобы умудриться как-то удержать себя в руках.

Что-то мягко загудело, и я беспокойно обернулся к кровати. Там все было по-прежнему, и свесившийся изо рта Ди котенок теперь напоминал просто раздувшийся до неимоверных размеров и почерневший язык. Я невольно подумал, что если посадить в волосы девушки арлекина, то такая скульптурная композиция будет иметь успех, несравнимый со мхом на окне. С последним, кстати, еще предстояло разобраться и понять – зачем Ди все это затеяла и каким образом нашла такого покупателя. Не говоря уже про спонтанную покупку котенка человеком, который всегда был против этого. Но это все потом, сейчас важно что-то сделать с трупами и этим новым звуком.

Приподнявшись, я начал взволнованно прислушиваться и вскоре понял, что гул идет из внутреннего кармана пиджака гостя. Скорее всего, мои подозрения о присутствии рядом кого-то второго оказались вполне обоснованными, и вот сейчас он хотел убедиться, что все в порядке. Моя протянутая вперед рука застыла на полпути, и я подумал, что на самом деле это может быть всего лишь очередным трюком, чтобы заманить меня в новые объятия трупа и сотворить нечто похуже старческих поцелуев.

Да, но что я сделаю, если это действительно окажется звонок от спутника покупателя? Поздороваюсь, представлюсь и, между делом, скажу, что человек вот так просто взял и умер?

Гул прекратился, и это заставило не расслабиться, а почувствовать себя удручающе неготовым к новому стремительному витку событий, который, конечно же, неуклонно приближался. Движимый этими предчувствиями, я торопливо встал, подошел к кровати и задернул ее пледом, почему-то подумав, что в тепле трупный запах появится быстрее. Впрочем, пока дело дойдет до этого, наверное, для меня подобные нюансы уже не будут иметь никакого значения. Тем не менее я взял в руки арлекина и посмотрел в его черные матовые глаза. Пусть это всего лишь глупая кукла, но передо мной был виновник нового убийства, и просто поставить его на полку было бы, наверное, неразумным признанием правильности его действий.

Вдруг я подумал о том, что, когда полиция, наконец, доберется сюда и покончит с этой затянувшейся трагедией, игрушка вполне может быть передана в детский дом, какой-нибудь маленькой девочке, которая будет с ним засыпать. А в полночь маленькие пластмассовые пальчики арлекина таинственным образом оживут и сожмут горло ребенка. Утром же все будут уверены, что имел место обыкновенный несчастный случай, и игрушка продолжит свой кровавый путь. Ведь, поспособствовав чему-то такому однажды, остановиться бывает очень тяжело. И я сегодня – самый яркий этому пример.

Раздался один короткий звонок в дверь, а потом, после небольшой паузы, длинный и настойчивый. Кто это еще? Тот, кто звонил гостю по телефону или уже прибыл так называемый папа Ди?

– Отец! Ты там? Все в порядке? – послышался приглушенный незнакомый голос, словно ответивший мне.

Торопливо засунув арлекина в ближайший шкаф, я быстро подошел к двери и, щелкая замком, уже знал, что скажу.

– Извините, что беспокою. Мой отец должен быть у вас, – начал говорить возникший в проеме огромный детина с выпученными глазами и красными прыщами, переливающимися на толстых складках подбородка.