Взрыв смеха раздался в темноте около кабины, и Джек вытянулся в полный рост, вскидывая автомат, и закричал сразу, как только тяжелое тело ударилось о стенку кабины и зацепилось там. Ричард толкнул рычаг, и поезд рванулся вперед.

Волосатая рука зацепилась за край кабины. На Диком Западе, подумал Джек, а потом над ними выросло все тело существа. Ричард завизжал, а Джек был близок к тому, чтобы опорожнить кишечник прямо в свое нижнее белье.

Лицо почти все состояло из зубов — это было лицо инстинктивного зла, как у гремучей змеи, обнажающей ядовитые зубы. Капля, которая представилась Джеку ядом, упала с одного из длинных кривых зубов. Если не принимать во внимание маленький нос, тварь, появившаяся перед мальчиками, выглядела очень похоже на человека с головой змеи. В руке это существо сжимало нож. Джек выстрелил не целясь.

Тварь на какой-то момент отклонилась назад, и Джеку хватило доли секунды, чтобы увидеть, что рука и нож исчезли. Существо качнулось вперед кровавым обрубком и оставило красный след на рубашке Джека. Страх вовремя покинул Джека, и его пальцы направили «узи» прямо на грудь существа и снова надавили на курок.

Огромная красная дыра открылась в середине пятнистой груди, и зубы, щелкнув, сжались. Джек продолжал нажимать на курок, и «узи» сам поднял ствол и за пару секунд полностью уничтожил голову существа. Оно исчезло. Только большое кровавое пятно на боку кабины и кровавый след на рубашке Джека напоминали мальчикам, что вся эта схватка им не приснилась.

— Берегись! — крикнул Ричард.

— С ним кончено, — выдохнул Джек.

— Где он?

— Он свалился, — сказал Джек, — он мертв.

— Ты отстрелил ему руку, — прошептал Ричард, — как тебе это удалось?

Джек поднял руки к глазам и увидел, что они трясутся. Вонь пороха окружала их.

— Я просто имитировал меткого стрелка.

Он опустил руки и облизал губы.

Двенадцать часов спустя, когда солнце взошло над Проклятыми Землями, ни один из мальчиков не спал — они провели ночь стойко, как солдаты, держа автоматы на коленях и напрягаясь, чтобы услышать малейший шорох. Помня о том, сколько оружия везет поезд, Джек постоянно оглядывал края долины. В течение всего второго дня, даже если люди или монстры были в этой далекой части Проклятых Земель, никто не осмелился их беспокоить. Что означало, устало подумал Джек, что они знали об оружии. Или то, что здесь, так близко к Западному побережью, никто не хотел связываться с поездом Моргана. Ничего этого он не сказал Ричарду, глаза которого были затуманены, словно расфокусированы. Большую часть времени он казался больным.

Вечером того же дня Джек почувствовал в едком воздухе запах соленой воды.

Закат этой ночью был шире — земля начала открываться им по мере приближения к океану, — но не таким красивым. Джек остановил поезд на вершине холма и снова пробрался к вагону-платформе. Он провозился там почти целый час — пока угрюмые краски не исчезли с небосклона и на востоке не взошла молодая луна — и вернулся с шестью коробками, на которых было написано: «ЛИНЗЫ».

— Открой их, — сказал он Ричарду, — и пересчитай. Ты объявляешься хранителем боеприпасов.

— Восхитительно, — ответил Ричард больным голосом, — я всегда знал, что не зря получаю образование.

Джек вернулся на платформу и приподнял крышку одного из ящиков с надписью: «ЗАПАСНЫЕ ЧАСТИ». В тот же миг он услышал резкий хриплый крик где-то в темноте, за которым последовал пронзительный вопль боли.

— Джек? Джек, ты где?

— Здесь! — отозвался Джек.

Он подумал, что очень неумно для них кричать друг другу, подобно прачкам, общающимся через забор, но голос Ричарда подсказывал, что тот был близок к панике.

— Ты скоро вернешься?

— Скоро! — отозвался Джек, надавливая стволом «узи». Проклятые Земли оставались позади, но Джек по-прежнему не хотел останавливаться надолго. Все было бы проще, если бы он смог перенести ящик с автоматами в кабину, но тот был слишком тяжелым.

— Джек? — Голос Ричарда был высоким и испуганным.

— Смотри не описайся, дружок, — сказал Джек.

— Не называй меня дружком, — сказал Ричард.

Гвозди со скрипом вылезли из крышки ящика, и крышка приподнялась настолько, что Джек смог снять ее. Он взял два «масляных шприца» и собирался возвращаться, когда увидел еще одну коробку — она была размером с упаковку переносного телевизора. Раньше она была скрыта под складкой брезента.

Джек быстро прошел по крыше крытого вагона при слабом лунном свете, чувствуя, как легкий ветерок дует ему в лицо. Он был чистым — никакого запаха застарелых духов, никакого ощущения испорченности, только чистая влага и безошибочно узнаваемый запах соли.

— Что ты делаешь? — брюзжал Ричард. — Джек, у нас уже есть автоматы и уже есть патроны! Зачем тебе понадобилось еще? Пока ты там ходишь, что-нибудь могло забраться сюда.

— Больше автоматов нужно потому, что они имеют свойство перегреваться, — сказал Джек, — больше патронов — потому, что нам придется много стрелять. Я тоже смотрю телевизор. — Он снова направился к платформе. Он хотел посмотреть, что находится в той квадратной коробке.

Ричард схватил его. Паника превратила его пальцы в птичьи когти.

— Ричард, все будет в порядке…

— Кто-нибудь может утащить тебя!

— Мне кажется, что мы уже выехали из Прок…

— Кто-нибудь может утащить меня! Джек, не оставляй меня одного!

Ричард разразился слезами. Он не стал отворачиваться от Джека или закрывать руками лицо, он просто стоял; лицо его скривилось, из глаз текли слезы. Он казался покинутым и беззащитным. Джек обнял его.