Вскоре они увидели первое из деревьев Долин. Оно росло на внутренней стороне шоссе; темные ветви и ствол, покрытый толстой неровной корой, проглядывали сквозь рыжеватое вощеное сплетение ядовитого плюща. Отверстия, оставшиеся в коре от выпавших сучьев, таращились на мальчиков. Внизу, в густых зарослях плюща, шуршали ненасытные корни, шевеля, подобно ветру, вощеные листья над собой. «Перейдем на другую сторону дороги», — сказал Джек в надежде на то, что Ричард не видел дерево. Позади он еще слышал, как толстые и гибкие корни пробивали себе путь сквозь заросли плюща.

Это МАЛЬЧИК? Здесь МАЛЬЧИК? Может быть, ОСОБЕННЫЙ мальчик?

Руки Ричарда летали от боков к плечам, от плеч к вискам, от висков к волосам. На его щеках новая волна опухолей сложилась в маску из фильма ужасов — он мог бы играть юного монстра в одном из старых фильмов Лили Кевинью. Джек увидел, что на руках у Ричарда красные пятна сыпи начали соединяться в большие красные рубцы.

— Ты действительно можешь идти, Ричард? — спросил он.

Ричард кивнул:

— Конечно. Еще некоторое время. — Он посмотрел через плечо на другую сторону дороги. — Это было необычное дерево, да? Я никогда не видел деревьев вроде этого, даже в книгах. Это было дерево из Долин, не так ли?

— Боюсь, что да, — сказал Джек.

— Это значит, что Долины действительно близко, да?

— Думаю, что да.

— Значит, впереди будут еще такие деревья, да?

— Если ты знаешь ответы, то зачем задавать вопросы? — спросил Джек. «О Джейсон, какая глупость!» — Прости, Ричи, — кажется, я надеялся, что ты его не заметишь. Да, я полагаю, что там нам еще встретятся такие деревья. Просто не надо подходить к ним слишком близко.

В любом случае «там» вряд ли было точным определением цели их пути: шоссе под постоянным углом шло вниз, и, казалось, каждая сотня футов уносила их все дальше от света.

— Можешь посмотреть мою спину? — спросил Ричард.

— Конечно. — Джек снова задрал ему рубашку. Он воздержался от комментариев, но инстинктивно ему захотелось застонать. Спина Ричарда была теперь покрыта открытыми красными язвами, которые, казалось, излучали тепло. — Немного хуже, — сказал Джек.

— Мне тоже так показалось. Только немного хуже, а?

— Только немного.

В скором времени, подумал Джек, Ричард будет выглядеть как чемодан из крокодиловой кожи — Мальчик-Аллигатор, сын Человека-Слона.

Впереди два дерева росли вместе, их бородавчатые стволы переплелись так, что все это скорее напоминало насилие, а не любовь. Когда Джек пристально посмотрел на них, проходя мимо, он увидел черные дыры в коре, открывающиеся подобно ртам, посылающим проклятия. Он был уверен, что слышал скрежет корней в основании сплетенных деревьев. (МАЛЬЧИК! Здесь МАЛЬЧИК! Здесь НАШ МАЛЬЧИК!)

Хотя была еще только вторая половина дня, воздух был темным, странным образом зернистым, как старая фотография в газете. На внутренней стороне дороги, там, где раньше росла трава, где белел и благоухал душистый горошек, землю покрывали плотным одеялом неизвестные низкорослые растения. Не имеющие цветочного аромата, почти без листьев, они напоминали спутанных змей и слабо пахли соляркой. Внезапно сквозь зернистую пелену тусклым оранжевым огнем засветило солнце. Джеку это напомнило фотографию Гэри, штат Индиана, которую он когда-то видел: адское пламя, питаемое отравой, в черном отравленном небе. Его тянул вперед Талисман, уверенно, словно гигант, держащий Джека руками за одежду. Связующее звено всех возможных миров. Джек был готов взять Ричарда в этот ад — и бороться за его жизнь изо всех сил. И Ричард, видимо, заметил эту уверенность в Джеке: почесывая бока и плечи, он безропотно плелся рядом с ним.

Я сделаю это, сказал Джек себе, стараясь не замечать, что он просто пытается приободрить себя. Даже если я должен пройти через десяток разных миров, я сделаю это.

В трехстах ярдах дальше по дороге уродливые деревья из Долин поджидали их подобно разбойникам. Проходя по другой стороне дороги, Джек взглянул на их свернутые в кольца корни и увидел наполовину занесенный землей маленький белый скелет, когда-то принадлежавший мальчику лет восьми-девяти, все еще одетый в истлевшую черную с зеленым рубашку из шотландки. Джек сглотнул слюну и поспешил вперед, таща за собой Ричарда, как собачку на поводке.

Несколько минут спустя Джек Сойер впервые увидел Пойнт-Венути.

Пойнт-Венути лежал внизу, цепляясь за склон скалы, спускающейся к океану. Позади возвышались другие скалы, массивные, но с рваными краями. Своими огромными складками они напоминали доисторических слонов. Дорога вела вниз мимо высоких деревянных стен, пока не поворачивала за угол длинного коричневого металлического здания, бывшего заводом или складом, а дальше исчезала среди нисходящих террас и однообразных крыш других складов. С того места, где стоял Джек, дорогу не было видно, пока она не появлялась с другой стороны, поднимаясь вверх и на юг, в сторону Сан-Франциско. Он видел только напоминающий лестницу каскад крыш складов, огороженные заборами автостоянки и справа — по-зимнему серую воду. Никто не двигался по дороге, никто не появлялся в маленьких окнах на задней стене ближайшего склада. Пыль маленькими смерчами проносилась через пустые автостоянки. Пойнт-Венути выглядел заброшенным, но Джек знал, что это не так. Морган Слоут и его сторонники — те, которые пережили внезапное прибытие паровозика из Долин, — могли ждать появления Странника Джека и Рационального Ричарда. Талисман звал Джека, тянул его к себе, и Джек, сказав «да, это здесь, малыш», зашагал вперед.

Сразу открылись новые грани Пойнт-Венути. Первой стало появление девяти дюймов задней части лимузина — Джек увидел отполированную черную краску, сияющий бампер, часть правого заднего огня. У Джека возникло жгучее желание, чтобы Волк-ренегат, сидящий за рулем, был одним из спасшихся в Лагере готовности. Потом он снова посмотрел на океан. Серая вода пенилась около берега. Медленное движение над крышами складов привлекло его внимание, когда он делал следующий шаг. «ИДИ СЮДА», — звал Талисман и, как магнит, тянул к себе. Казалось, что Пойнт-Венути сжимается, как рука в кулак. Над крышами темный, но бесцветный флюгер в форме волчьей головы беспорядочно крутился туда-сюда, не повинуясь ветру.