– Почему тогда Стрэдфорд говорит, что посылать в виртал людей, надежней, чем личностные матрицы? – спросил я.

– Так оно и есть. В критический момент у рэйвера больше шансов выпутаться. И если уж по настоящему прижмет, ты сможешь перевоплотиться, чтобы не погибнуть. Но главное, и ты это хорошенько запомни, им важнее передать информацию, чем сохранить жизнь курьера. Моли Бога, чтобы до этого дело не дошло… А вообще-то, основное, почему посылают нас, а не матрицы, заключается в том, что наша проекция в виртале не всегда адекватно реагирует на события.

– Как это? – я удивленно посмотрел на Бруно.

– А вот так. Матрица не способна улавливать малейшие изменения в окружающей ее обстановке, она схватывает только основное, пропуская незначительные мелочи. Но, порой, от них зависит очень многое.

– Хорошо, – не сдавался я. – Допустим, мы посылаем матрицу, а на другом конце с помощью преобразователя из «саркофага» выйдет человек и донесет сообщение, не рискуя нашей шкурой.

– Какой человек?

– Ну… материализовавшаяся матрица.

– Как это ты ее материализуешь? – ехидно осведомился Бруно. – Ну хорошо, допустим невозможное. Какой у нее будет внешний вид?

– Да любой! Какой напишет программист.

– А мозги у нее чьи будут?

– Вот, черт! – выругался я. – Об этом как-то не подумал. Еще не хватало иметь двойника, который мог бы претендовать на мое место.

– И будет не один двойник, поверь мне, ибо работой мы загружены под завязку. Ну да ладно, хватит болтать, времени осталось не так уж и много. Пора переодеваться. Вот это – шкафчик Смита, это – мой, а этот теперь будет твоим.

Я подошел к металлическому ящику, величиной в человеческий рост, на котором висела отпечатанная на лазерном принтере табличка:

– А что с ним? – спросил я, кивнув на надпись.

– С кем? А… С Эриком. Не повезло парню. Его закапсулировали вместе с ВР-программой, когда он был в отключке. Затем программу стерли. Эрик даже не мог произвести трансформ-операцию, чтобы вырваться наружу.

– Страшная смерть, – севшим голосом пробормотал я.

– Не хуже других. Он даже не понял, что ему пришел конец. Раз – и нет человека.

– Послушай, а давно люди ходят в виртал? – задал я самый важный для себя вопрос.

– Ты имеешь в виду рэйверов?

– А кого же еще?

– Насколько знаю, года два, не больше. Хотя Стрэдфорд теоретически обосновал возможность перехода материальных тел в ВР еще лет пять назад.

– И на чем основана эта теория?

– А черт его знает. Спроси лучше у шефа, он объяснит, если тебя так это интересует.

Ценное предложение… Подойти и спросить в лоб: «Не скажете ли, уважаемый сэр, в чем суть вашего сверхсекретного открытия? У меня есть подозрение, что оно несет опасность человечеству». Не знаю, как насчет Стрэнка, но психушка мне будет гарантирована. Можно не сомневаться. А от косвенных вопросов Стрэдфорд уклоняется с виртуозной ловкостью…

Азы его теории мне давно понятны. Виртуальность, как известно, состоит из множества информационных пакетов. Но ведь и весь мир, все, что существует вокруг нас можно назвать пакетом информации. Например, человек – он рождается в определенный день, имеет специфический цвет кожи и волос, только ему одному присущие физические параметры, генетический код, наконец. В общем, много чего он имеет. И все это можно описать, представить в виде информации, закодировать и с помощью электрических импульсов загнать в компьютерную систему. Так вот, при погружении материальных тел в виртуальность, происходит то же самое. Тело рэйвера под воздействием прибора Стрэдфорда распадается на кванты информации, и вновь соединяется в виртуальном пространстве, то есть внутри такого же, только намного более интенсивного потока информации. То же самое происходит и при обратном переходе. Не будь виртала, транспортировка бы не произошла, как бы мы не пытались этого добиться, потому что нельзя переместить информацию через ничто, должен быть носитель. Это, как река, увлекающая лодку своим течением. Без воды лодка так и останется на прежнем месте…

– Эй! Ты что уснул? – Бруно толкнул меня в плечо. – Трусы тоже снимай. Костюм должен прилегать к телу без разрывов. Теперь найди разрез на животе и засовывай ноги в штанины, чтобы остальная часть комбинезона оставалась у тебя за спиной… Вот так. Хорошо… Развернись на пол-оборота и просунь руку в рукав… Теперь другую… Подними руки и натяни верхнюю часть костюма через голову… Застегни молнию на животе. Замечательно. Башмаки и перчатки, думаю, сам наденешь.

В раздевалку вошел Стрэдфорд.

– О, я вижу, вы почти готовы. Превосходно. Тогда я подожду погружения.

Он сел на скамейку, достал из кармана пиджака запакованную в металлический цилиндрик сигару и откусил зубами ее кончик.

– Нервничает шеф, – прошептал мне на ухо Бруно. – Он и курьера на задание всегда приходит провожать. Впрочем, старика можно понять. Раньше было проще, особых забот у рэйверов не было: погружение, переход, передача депеши адресату.

– А теперь?

– Любая, даже самая секретная информация рано или поздно перестает быть тайной. Сначала русские, потом японцы, англичане и шведы открыли возможность проникновения в виртуальную реальность. И пошло, поехало…