Всего я был у неё в офисе не то два, не то три раза. Это всегда были выходные, и там никого не было, кроме нас. В соседней комнате у них жили морские свинки, как раз чуть не на рабочем столе дизайнера Томы, о которой я уже вскользь напоминал, и, собственно, помимо всего прочего, именно этих свинок мы как бы и ходили кормить в выходные дни.

Однако нет, несмотря на крайне благоприятные условия, мы не занимались там сексом. Что-то удержало меня. Впоследствии я понял, что это хорошо.

Взять Лариссу на её же рабочем столе, навсегда оставив, таким образом, недвусмысленное воспоминание о себе в месте, где она проводит бОльшую часть времени своей жизни было бы слишком, хоть она, конечно, хотела этого J. Впрочем, когда спустя несколько лет я увидел в её виртуальном «дневнике» фото, на котором она, с ногами взобравшись на этот самый «рабочий» стол, демонстрировала виртуальным друзьям свои новые сапожки, будучи при этом в довольно короткой юбке, я, конечно, немедленно вспомнил, что на этом самом столе мы в своё время могли бы очень неплохо развлечь друг друга и, в общем-то, не сделали этого скорее просто случайно… целых три раза (смайлик-девочка задумчиво крутит себе один из сосков J).

Когда мы пришли к Лариссе в офис впервые, она вдруг достала, кажется, из нижнего ящика стола узелок с деревянными рунами. И это была моя вторая, на сегодняшний день последняя встреча с данной оккультной областью.

В первый раз это было в 1995-м году в Зеленограде, в квартире у Имярек, утром, кажется, после первого соития. Впрочем, могу ошибиться, что после первого, но то, что утром – точно, и то, что после соития – тоже точно.

ЛисЕва сказала: «На, вытягивай!» и протянула мне заветный узелок. Я вытянул. «Ты уже являешься тем, кем стремишься стать!» – возгласили Небесные Сферы в сентябре 1995-го года, определённо под знаком Девы. И надо ж было такому совпасть, что как раз незадолго до этого я понял, что я – Мессия, отчего, понятное дело, значительно прихуел, не взирая на тогдашнюю молодость лет.

И вообще с этим самым 95-м годом всё довольно-таки странно. Когда в новогоднюю ночь на этот самый год я занимался сексом с Аней Абазиевой, она зачем-то взяла, да и сказала мне прямым текстом: «Ты трахаешься, как Бог!», хотя, прямо скажем, видит всё тот же Бог, я не задавал ей вопроса, как именно с её точки зрения я это делаю. Я не знаю, почему она так сказала. Скорее всего она насмотрелась эротического кино, и ей не терпелось при соответствующих обстоятельствах сказать такое кому бы то ни было, но, так или иначе, такая фраза была произнесена женщиной, которую я только что выебал и не когда-нибудь, а именно в Новогоднюю ночь, и адресована она была именно мне, а не кому-то другому. Лисева, в том же 95-м, но позже, тоже говорила мне нечто подобное.

Вообще, после того, как я перестал иметь дело с девственницами, моя сексуальная самооценка ощутимо повысилась. Кроме прочего, Лисева говорила – и даже в письменной форме – что тем, что я «нашёл» её, я именно что доказал существование Бога.

Будучи девочкой, чей предок, как и у меня, кстати, тоже был кем-то на уровне православного протоиерея, она всегда была повёрнута на этих вещах. Однако когда я узнал о её предках, сам я ещё не знал, что тоже происхожу как от православных священников, так и от раввинов.

Ну и вдобавок изучающим каббалу по Микаэлю Лайтману (смешной псевдоним, право слово J) известно, что 1995 год – год особый, ибо это год осознания Мессии себя самого в оном качестве. Но и об этом я тогда конечно не знал.

У меня долго хранилось её фото, сделанное 8-го апреля 1995-го года (кстати сказать, в день рождения Будды J), когда в своём первом романе «Псевдо» я написал, собственно говоря, вот это: А когда взрыв закончился, на месте эпицентра осталась стоять девушка дивной ослепительной красоты. Милая, пригожая, нежная, тихой такой красоты, умной красоты такой. Просто посмотришь так на умницу эту – и даже о ебле думать как-то неловко, а просто хочется всю жизнь провести возле волшебницы сей, или жизнь эту самую ради неё немедля отдать. Одним словом, киса!..

Таким вот неожиданным поворотом закончилась эта странная ночь. И только мне известен сокровенный смысл сего явленья: сегодняшней ночью, 8-го апреля 1995-го года в мир явилась Женщина-для-Максима Скворцова! Имя её покрыто до поры мраком, но настанет великий день, и мы встретимся с ней! Она станет моей Женой, и всё кроме неё потеряет смысл! Да будет так! – апостол Максим сказал, и так оно всё и будет, потому что не какой-нибудь хрен об этом сказал, а я, апостол Максим!

Пришла, пришла моя Женщина в мир! Пришла моя девочка! Любимая! Осанна!

На этом фото она была потрясающе красивая, улыбающаяся и, как в прямом, так и в переносном смысле, буквально вся залитая Солнцем.

И вот, такой же заветный мешочек мне протянула Ларисса. Второй. Раз. В жизни.

Я запустил туда руку. И она запустила тоже. После. «Энергия. Мощнейшая энергия Солнца! Удача во всём!» – сказали мне. «То, что с тобой сейчас происходит, похоже на прыжок в пропасть с закрытыми глазами» – сказали ей…

Где-то во времени, где-то возле этого эпизода, мы сидели с Лариссой в одном замечательном сквере рядом с её работой. В какой-то момент она просто взяла и надела мне на большой палец какое-то колечко, как у себя. Знаете, есть такие. «Спаси и сохрани» там написано. Я не помню, на какую руку, хоть и носил его, не снимая, долее месяца. Я не помню, что она перед этим сказала. Просто случилось так, что вдруг как-то так раз, и это кольцо оказалось у меня на руке, не помню, на какой, ей-богу, но на большом пальце. Как, собственно, и у неё. Кольцо, обручившее нас с Да, я к тому времени уже не носил. Я снял его после того, как Ларисса первый раз уехала из Москвы, став уже моей женщиной в полном смысле слова, потому что обещал Да не снимать его именно в это время, когда буду с ней в первый раз.

И вот я снова оказался на рабочем месте Лариссы, чтобы вроде как отправить в два издательства свой роман «Я-1». Я вполне успешно сделал это и нажал на опцию «входящие» в своём ящике la – do – mi @ mail . ru

. В то время ещё, с самого появления у меня этого ящика в конце 2000-го года, паролем там было следующее: 19011996last – день, когда я занимался сексом с Имярек в последний раз.