– Ты сказала мне, что хочешь больше.

– Твоих поцелуев!
– я прижала колени к груди, обняв их руками. Без него я задрожала от холода.

Пару недель назад, я думала, что хочу сохранить свою девственность для особенного человека, которого я бы любила, как бы наивно это ни звучало. Сегодня, на мотоцикле, я представляла себе, что Джексон был им. Существовало что-то между нами, что-то захватывающее и... и обжигающее. Тогда я нахмурилась. Сегодня вечером, он сказал мне много вещей, которые дали мне понять, что я привлекала его. Не то, чтобы мне это не понравилось... Разве не он сказал, что я лёгкая добыча? Даже если бы для него не существовало других девушек, я все еще не хотела всё между нами усложнять. Я не могла позволить чему-нибудь случится, пока мы не доедем до Северной Каролины. Так, зачем говорить об отношениях?

– Джексон, ты знаешь, что я никогда... Я никогда не делала этого раньше. И я хотела бы чего-то большего, чтобы сделать это с тобой.
– Намек, намек.

Непонимание горело в его глазах.

– Ты все еще думаешь, что слишком хороша для меня. Ты бы позволила Рэдклиффу быть первым, но не мне?

Я ахнула.
– Не смей говорить о нем так!
– снова я подумала о беспечности Брэндона, вспомнила старые добрые времена, когда мы с ним валялись на пляже, вместе плавали. Он всегда смеялся... Время, проведённое с Брэндоном, было последним из моих лучших воспоминаний, до апокалипсиса и до Арканов. Из моих глаз потекли слезы.

Увидев мою реакцию, Джексон вскочил и сунул ноги в джинсы.
– Ты все еще влюблена в него! Ты готова была лечь с ним и думаешь, что он намного лучше меня. Но что, чёрт возьми, он сделал, кроме как водил дорогую тачку или играл в мяч? Я спас твою жизнь!

Я поднялась, и бросила взгляд на свои мокрые джинсы, с трудом стала натягивать их на ноги.

– Ты спас меня именно затем, чтобы я спала с тобой?

– Эта мысль уже приходила мне в голову! Черт, Эви, ты вероятно, последняя девушка на земле для меня. Это меня убивает, ты думаешь, я шучу?

– Я не могу поверить, что ты это сказал!
– я чувствовала себя такой идиоткой! Я думала, что между нами была связь? Кайджанский распутник собирался лишь завалить еще одну самку, и я была единственной девушкой в городе. Я натянула свою толстовку, и накинула капюшон.

– Поверь!
– он посмотрел на меня и закрыл глаза.
– Ты помнишь только, что я жестокий парень не твоего круга, с другой стороны протоки. Это все, что я когда-либо буду значить для тебя!

Мы уставились друг друга, но я не хотела отводить взгляд.

– Когда ты так поступаешь, тебя трудно понять иначе! Слава Богу, у меня хватило здравого смысла, чтобы не усложнять всё между нами.

– Здравый смысл? Это единственная вещь, в которой тебя никогда не обвинить! Я - тот, кто обеспечивает твою безопасность. Я, - он ударил себя в голую грудь, - помнишь?

– Спасибо, Джек, это здорово - быть живой. Согласись, это и была настоящая причина, по которой ты вызвался мне помочь, потому что ты хотел переспать со мной!

– Да, я не понимал тебя и не знал, что ты так отчаянно будешь меня дразнить!

– Дразнить? Я верила, что мы находимся в ситуации "ад-на-земле", а ты? Или тому были другие причины? Скажите мне!

Он пожал плечами.

– И то и другое.

Я хотела задушить его!

– Почему с тобой всегда так сложно?
– он повернулся и пробил кулаком деревянную колонну беседки, закачалась вся конструкция. Когда он повернулся ко мне снова, его грудь вздымалась, его руки были в крови.

– Ты сводишь меня с ума!

– Ну, тогда смирись с этим! Как ты сказал, я - лучшее, что у тебя есть. Тебе было бы немного лучше с последней девушкой на земле, если бы ты постарался быть милым или вести себя как мой парень или, или...

– Ты так думаешь?

– Ну, да.

– Может быть, я был достаточно милым с тобой, каждый раз, когда спасал твою задницу! И когда каждый вечер оберегал тебя! Нет, ты просто принимала это как должное. Потому что ты gatee, испорченная!

– Я не говорила этого!

– За всю свою жизнь я никогда не встречал девушку, которая была бы так испорчена и изнеженна как ты. Но это дерьмо необходимо сейчас же прекратить.

Я потерла руки, и уныло посмотрела, как с моей мокрой одежды капает вода. Как мы перешли от поцелуев к борьбе?

– Что ты хочешь от меня?

Он потер лоб, и проговорил странным тоном:

– Я мог бы чего-то хотеть от тебя, но ты ясно дала понять, что никогда не дашь этого мне.

Мы все еще говорили о сексе?

– Ты знаешь, почему моя mere пила?
– спросил он, его голос казался резким скрежетом. – Потому, что она хотела и ждала того, чего никогда не случится. Я поклялся, что никогда не сделаю той же ошибки. В прошлом, когда я чувствовал, что мой разум блуждает в неверном направлении, я откидывал эти мысли прочь.
– Он засунул пальцы в свои волосы. – Но я не буду делать это сейчас.