– Позвольте мне пожать вашу руку.

– Да? Спасибо, а за что?

– Вы, наверное, задаётесь вопросом, почему и как вы попали на Белый лебедь?

– Если честно, то такой вопрос меня не особо беспокоил, потому что я особист, сотрудник отдела КА в чине майора, и для меня инспектировать секретные объекты, это на самом деле такая самая обычная работа.

– Вы считаете, что попали к нам в должности сотрудника отдела КА?

– Да, а кто же ещё?

– Ну, вы не совсем сотрудник отдела КА, вы будете выполнять смешанные функции, дело в том, что к нам попало несколько ваших молекул. Точнее, к нам попало много ваших молекул и веществ, но лишь некоторые из них нас заинтересовали. А именно ваши супер сегнетоэлектрики в основе которых эксимеры аргона висмута и ртути, а также крио стойкие индий титано водные композитные сплавы, способные выдерживать температуру до плюс ноль целых, одиннадцать сотых кельвина. Мы посчитали что...

– Но данный композит стабилен лишь при сверхнизких температурах, и имеет низкую температуру фазового перехода, если мне память не изменяет, что-то около плюс двадцати градусов по кельвину. Не собираетесь же вы постоянно охлаждать поверхность брони корабля до столь низких температур.

– Постоянно и не требуется, при девятнадцати градусах кельвина ваше вещество имеет структуру геля, и его легко намазать на броню. Мы предполагаем намазывать ваше вещество на корабли в начале боя, да и то не всегда и не везде.

– Да, но просто гель не обеспечит защиты, ведь криогенные бомбы попав в цель, пробивают верхний слой обшивки, и едва ли моя жижа сможет отбить такую атаку.

– Это не важно Антон, конструкторские нюансы, как сделать так чтобы... Вас и не должны волновать. Но я решил включить вас в междурасовую группу по теории вещества. Я знаю, что вы не профессиональный учёный, и у вас нет образования. Но вы могли бы быть наблюдателем консультантом. И заодно, так вы сможете исполнять свои обязанности особиста.

– Да?

– Поверьте мне, у вас настоящий дар к химии сверхнизких температур. Учитывая то, что вы смогли всё это сделать на обычном конструкторе, без специальных знаний. Жаль, что вы не стали учёным, у вас талант.

– В университете учителя говорили иначе. Нет, я не был бездарем, но способности мои были весьма средними.

– Возможно... Не знаю, но мы дадим вам шанс здесь, и вы сможете реализовать любые свои идеи, у нас хорошие конструкторы, расширенные и дополненные, такого не было у вас на корабле.

– На корабле у меня было много свободного времени, я иногда часами сидел за конструктором, конструируя всего одну искусственную молекулу.

– Мы постараемся дать вам больше времени для вашего хобби. Но ваши работы по крио устойчивым материалам поразили многих из нас. Ваша теория о криогенной эластичности эксимеров.

– Позвольте...

– Ну, вы не написали её на бумаге словами, вы создали молекулу, изменили допущения, и у вас получился эластичный эксимер. Эта молекула имеет большое применение к мета устойчивым криогенным пластмассам, потому что она остаётся эластичной до температур уровня плюс одна целая три десятых кельвина. Если изготовить из таких молекул прокладки, то мы могли бы снизить поражающий эффект крио оружия противника.

– Вы работаете здесь с рейнами и церидами?

– Да, и, увы, согласно нашему договору, все знания о ваших чудо веществах будут принадлежать, и принадлежат всем трём союзным цивилизациям.

– Быть может, тогда имеет смысл мне работать отдельно?

– Они уже получили информацию о вашем существовании. У нас есть договор, вам придётся работать с ними. И потом, мы все в одной упряжке, мы ведь коллективно сливаем войну. А между прочим, если бы не ракетные крейсера церидов, едва ли бы мы могли ощущать себя здесь в какой-то относительной безопасности.

– Я вот только не пойму, как вы работаете вместе? Цериды боровая форма жизни, дышат дибораном, который убьёт человека с одного вдоха. Рейны вообще имеют в своей основе пяти валентный азот и живут под давлением от восьми гига Паскалей и выше, а меньшее давление их мгновенно убьёт, потому что азот не сохранит валентность.

– Всё довольно просто, у нас здесь роботы аватары, весь центр поделён на четыре части, все учёные живут в своих биологических зонах, а в центре находятся лаборатории, в которых мы все вместе работаем. Так как мы все управляем роботами аватарами, которые движутся в атмосфере из чистого азота, к которой не приспособлена ни одна из форм жизни, то получается, что мы можем работать рука об руку с иными цивилизациями, не приспособленными к данным условиям вовсе.

– И насколько эффективны эти роботы аватары?

– А вот мы и пришли.

Я осмотрел комнату, здесь было несколько костюмов, подвешенных на верёвочках, часть из них была занята и двигалась. Комната была сравнительно тусклая и небольшая, не скажешь, что элитный центр.

– Можете залезть в один из костюмов, выбирайте любой. И увидите, как и где мы работаем.

– Но ведь должна быть какая-то личностная идентификация.

– Безусловно, мы уже создали для вас робота аватара. Он выглядит точно как вы, и когда вы залезете в костюм, компьютер соединит вас с именно вашим роботом аватаром.