— Эти слабые создания убили немало врагов,— сказал Старк с жесткой улыбкой.

Темная краска появилась на щеках Эюда. Его глаза загорелись. Старк прошел мимо него и заговорил с другими королями.

— Знаете ли вы, где находятся ваши утерянные земли?

Каждый из королей извлек из своих мехов золотую пластину с отверстием в верхней части: она висела на шее на кожаном ремешке. На всех пластинках были вырезаны одинаковые карты. Хотя масштаб был неправильный, Старк узнал контуры берегов и морей, место, где находился Скэг, равнину Джер Дарода на северо-востоке.

Он показал пальцем на пластину Дилбана.

— Здесь,—сказал он.

Короли удивленно присвистнули.

— Откуда ты знаешь, чужеземец? — спросил Эюд.

— Бывает, что и чужеземцы кое-что знают. Могу, например, сказать, что в этом месте стоит большой и могущественный город. Город Бендсменов, которых мы должны победить, прежде чем вернуть назад ваши земли.— Он повернулся и показал на прибрежный лед.— Вы — воины, вам неведом страх. Но вы не можете перепрыгнуть через стены Джубара. Джер Дарод в сто раз сильнее. Можете ли вы надеяться победить защитников Джер Дарода вашими копьями с костяными наконечниками?

Короли пристально смотрели на него своими маленькими жестокими глазами, глубоко сидящими в плоти, закаленной вечными ветрами.

— Кто докажет нам, что этот город существует? — спросил Дерик.

— Морн был там, пусть он вам покажет.

Злобные глаза повернулись к Морну.

Эстрап сказал:

— Покажи нам.

Морн кивнул и начал вспоминать. Очень скоро в мозгу Старка начали возникать храмы Джер Дарода со сверкающими кровлями, толпы на улицах, бастионы Верхнего города, центра могущества Бендсменов.

Короли заворчали и затрясли головами. Они отказывались признавать свое первое поражение.

— Мы сильны,— сказали они.— Мы воины.

— Вы дикари,— сказал Старк.— Вы уже много веков отрезаны от мира. Вы не можете сражаться одной только храбростью, даже если бы вас было очень много. Сколько ваших людей погибло здесь понапрасну?

Он посмотрел на нищенские лагеря с кожаными палатками. Четыре короля злобно молчали. Потом Дилбан сказал:

— Мы все равно пойдем на север, но ты, возможно, говоришь правду.

— Вам нужно много помощников. С оружием. Джубар тоже идет на север. Вы нужны друг другу. Объединитесь с Джубаром ради своих собственных интересов.

Подул теплый ветер. Ручейки талой воды залили лица мертвых королей.

Эюд разразился проклятиями, колотя кулаками по груди. Дилбан велел ему замолчать и обратился к Старку:

— Ты обещаешь нам корабли?

— На время пути, конечно.

Дилбан наклонил голову.

— Мы будем держать совет, все четверо...

Как и предсказывала Геррит, Ирнан стал мертвым городом. Из-за осады он собрал на своих полях только урожай трупов, и жители города рассредоточились по другим городам-государствам в ожидании зимы. Громадные ворота стояли открытыми. Там не осталось никого и ничего, чтобы воспротивиться приходу бродяг.

Бродяг было не больше сотни, в основном уцелевшие от великого разгрома их армии. Страх или раны заставили их окопаться в холмах, вместо того чтобы вернуться в Джер Дарод с основной массой сброда, когда небесные молнии иноземцев преградили им путь к Ирнану.

Они пришли раньше, чем обычно,— холод напал на них, как внезапно налетевший враг. Они страдали от холода и нападений диких орд. Они дрожали в своих жутких лохмотьях. У иных на теле была только нательная роспись, а у других и того не было. Ледяной ветер гнал их к югу. Они остановились в Ирнане только для того, чтобы посмотреть, не осталось ли там чего, что можно прибрать к рукам.

Они прошли через туннель в стене, вышли на большую площадь и обнаружили, что город не совсем пуст.

В центре площади, на платформе, сидела, поджав ноги, молодая женщина. По обычаю на этой платформе совершались публичные казни, но столбов, к которым обычно привязывали жертвы, не было. Сквозь темные волосы видно было тело, расписанное розовыми и серебряными спиралями, побитое ветром и дождем, покрытое царапинами от кустарников. Глаза женщины были закрыты, как будто она спала.

Из одного лишь дома поднималось слабое облачко дыма.

На площадь вышел мужчина: крепкий, мускулистый, одетый в плащ, забытый каким-нибудь ирнанским горожанином. Рот у него был вялый, глаза умные и насмешливые. Он держал чашу с вином.

— Не беспокойтесь о ней,— сказал он бродягам.— Ее оглушили в Трегаде, и с тех пор она не в своем уме. Меня зовут Вендор. Добро пожаловать в наш город. Укройте свои тела от холода!

Женщина на платформе открыла глаза.

— Все началось здесь, в Ирнане,— сказала она.— Ирнанцы изменили первыми. Они хотели, чтобы звездные корабли увезли их. Все произошло по их вине. Их Мудрая женщина предсказала, что со звезд придет Темный Человек и уничтожит Лордов Защитников.— Ее голос стал громче.— Я была здесь,— завопила она.— Здесь, на этой площади, я видела Темного Человека, привязанного к этой платформе вместе с изменниками Яродом и Халком. Я видела, как умер Ярод. Нам бросили его труп, и мы разорвали его на куски. Я видела Геррит, нагую и связанную. Я видела старейшин Ирнана в цепях. А потом полетели стрелы,— Она встала и раскинула руки.