Солдат подошел к Мак-Грегору и спросил: – Вы не московы?

– Мы англичане, – сказал Мак-Грегор.

Солдат снова посмотрел на пачку документов, он, видимо, не умел читать по-русски: – Англичане? – в его голосе слышалось сомнение. Он отступил на шаг и снова посмотрел на форд и его пассажиров. Очевидно, он больше доверял своему личному впечатлению, чем документам. – Куда вы едете? – спросил он уже менее сурово.

– В Тавриз.

Солдат подумал с минуту, потом сунул бумаги Мак-Грегору в руки. – Все в порядке. – Казалось, он был даже разочарован этим.

– Спасибо! – Мак-Грегор наклонил голову.

– Англичанин, – вежливо сказал солдат, – мне надо побывать по делам службы за несколько километров отсюда, по этой дороге. Не подвезете ли вы меня? Я буду стоять вот так. – И он стал на подножку.

– Конечно, подвезем, – сказал Мак-Грегор, открывая дверцу. – Садитесь сюда.

Придерживая мешавший ему автомат, часовой неловко протиснулся в машину и захлопнул за собой дверцу. Он сделал знак другому часовому, который стоял молча, держа в руках канат, управляющий шлагбаумом. Тот потянул за канат, и, проведя машину под красно-белыми полосами шлагбаума, Аладин въехал в Иранский Азербайджан.

Солдат молча следил за тем, как Аладин орудует рычагами и рулем. Потом внимательно осмотрел замысловатый приборный щиток форда, квадратные часы, нарядный спидометр и грелку внизу, но не сказал ничего.

– Как теперь положение в Азербайджане? – начал Мак-Грегор.

– У нас своё правительство, – осторожно ответил солдат, – своя армия, свое управление. Я служу в азербайджанской армии.

– У вас как будто и новый парламент, – сказал Мак-Грегор.

– Не знаю, – солдат покачал головой. – Это все в Тавризе. Там, должно быть, много нового в Тавризе.

– А вы не знаете, что именно?

– Нет. Тавриз слишком далеко, – ответил азербайджанец.

– А о курдах вы ничего не слыхали? Бывают набеги?

– Не знаю. – Ему было неприятно, что он ни на один вопрос не может ответить, поэтому он в свою очередь стал спрашивать Мак-Грегора. – Вы из Тегерана?

– Выехали оттуда сегодня утром, – сказал Мак-Грегор.

– А знают там, что у нас здесь происходит?

– Очень мало.

– Удивительно, как это жандармы пустили вас сюда. Они готовятся напасть на нас. Вы это знали?

– Нет, – сказал Мак-Грегор. – Не знал.

– Они уже несколько раз пытались подкупить меня.

– Зачем?

– Чтобы я поехал с ними в Казвин или в Кередж, а там они стали бы пытать меня, чтобы получить сведения о нашей армии. За два дня они похитили наших пятерых солдат, троих из них повесили тут же, у нас на глазах, для устрашения. Из Тегерана уже посланы сюда войска, даже артиллерия. Они теперь засели в пересохшем русле реки – это один фарсах к югу отсюда – и ждут в засаде. Вы все это знали там, в Тегеране?

– Нет. Мы ничего об этом не слышали.

– Нас больше всего донимают жандармы. На севере вплоть до Саидабада, недалеко от Тавриза, они вешают и расстреливают людей по ночам. Вчера ночью повесили двоих наших на таких вот телеграфных столбах. Эти люди приехали в Хак Али обмерять землю. Жандармы в них стреляли, убили и повесили. Вам об этом не говорили в Хак Али?

– В Хак Али все было как будто спокойно. – Мак-Грегор покачал головой.

– Я слышал, что жандармерией сейчас командует Йенги Дуна – американец. Правда это?

– Да. – Мак-Грегор вспомнил, что азербайджанцы произносят Янки Дудль как Йенги Дуна.

– Что же, он поведет против нас в Азербайджан американских солдат на подмогу жандармам?

– Не думаю, – как можно увереннее постарался сказать Мак-Грегор.

– Вот вы были в Тегеране, может, вы объясните, почему это иностранец командует всей жандармерией?

– Он только эксперт, который дает советы, – ответил Мак-Грегор.

– А почему Йенги Дуна должен давать жандармам советы, как убивать нас? Мы ненавидим жандармов, и особенно этого Йенги Дуна. Попадись нам этот американец, который дает такие хорошие советы, мы повесили бы его на первом телеграфном столбе. Останови, пожалуйста, – сказал он Аладину, – я здесь сойду.

Солдат стал вылезать из машины, автомат его стукнулся о дверцу. Он покраснел и вежливо извинился. Потом спросил Мак-Грегора, долго ли они пробудут в Тавризе.

– Около недели, – сказал Мак-Грегор.

– Я слышал, что мы захватили там градоначальника и губернатора. Не знаю, правда ли это. Вы мне обо всем расскажете, когда будете возвращаться, а я передам нашему капитану, ему нужно знать. Меня зовут Сафар, это также и название месяца. Надеюсь, что вас не тронут тегеранские жандармы, они втихомолку рыщут повсюду и по ночам нападают на людей. Да будет путь ваш гладок и благополучен, и тысячу благодарностей за то, что вы позволили мне доехать с вами. Салам!