– Я дал слово, что Гочали будет в безопасности. Ваше дело привезти его сюда, за остальное отвечаю я.

Мак-Грегор сказал: – Нет. Я не могу звать его сюда. Я бы скорее посоветовал ему держаться подальше отсюда. Так же, как и Кэтрин.

– Неужели вы думаете, они посмеют тронуть кого-нибудь при нас? Что это с вами?

– Я не чувствую в вас заинтересованности в сохранении жизни такого рода людей, – ответил Мак-Грегор. – Вы, видимо, не понимаете, что здесь происходит.

– Прекрасно понимаю, – сказал Эссекс. – Я вовсе не так глуп, как это вам кажется. Ваши соображения далеко не всегда разумны, дорогой мой Мак-Грегор. Такое поверхностное толкование этого незначительного инцидента не должно влиять на вас. Наши действия подчинены более широким целям. Вот как я расцениваю здешние события. Запомните это раз и навсегда. Вся эта мелкая неразбериха, которая происходит здесь, сама по себе не имеет никакого значения Истинный свой смысл она приобретает лишь в свете того, ради чего мы сюда приехали.

– Предоставляю судить об этом вам, – сказал Мак-Грегор, – но я не стану заманивать Джавата Гочали в ловушку. – Мак-Грегор снял пальто. – Кэтрин тоже лучше оставаться там, где она сейчас, – повторил он.

– Я сам удивляюсь своему терпению! – Эссекс всплеснул руками. – Хорошо, что я уверен в вашей честности, Мак-Грегор. Ну что ж, придется ехать мне самому.

– Тогда я тоже с вами поеду, – сказал Мак-Грегор, и в ожидании Аладина они молча принялись осматривать свой багаж.

Аладин вскоре пришел. Вид у него был уже не такой свирепый. Он был напуган, встревожен и поражен тем, что с ним случилось. При виде Эссекса и Мак-Грегора его большие глаза наполнились слезами. – Я думал, они вас убили, – сказал он. – Меня заперли и приставили ко мне часовых. Я не знаю, что сталось с машиной. Мне очень стыдно, но они увели меня силой, подталкивали винтовками в спину.

– Успокойся, – ободряюще сказал ему Эссекс.

– Меня заперли, – твердил Аладин, – собирались пороть плетьми и всё расспрашивали о мятежниках.

– Чепуха! Они не осмелились бы тронуть тебя. – Эссекс надел пальто с помощью Аладина. – Мы едем за мисс Клайв и Гочали, – сказал он. Мак-Грегор тоже взял пальто и вышел за ними в сад.

К форду их снова повели два солдата. Машина стояла там, где они ее оставили, и в ней сидело пять человек. Их прогнал оттуда все тот же офицер, вдруг появившийся из-за спины Мак-Грегора.

– Вот вам человек, который, по словам губернатора, был наказан плетьми и палками, – сказал Мак-Грегор Эссексу. – Посмотрим, как он будет вести себя теперь.

Офицер держался поодаль от них и, когда они уселись в машину, повернулся к ним спиной. Он крикнул что-то конным стражникам, а сам стал на подножку рядом с Мак-Грегором. Они медленно поехали к баррикаде. Там офицер спрыгнул. Бочки были раздвинуты, и машина прошла между ними. Мак-Грегор высунулся, ожидая, что офицер устроит им какую-нибудь ловушку, но когда Аладин включил фары и набрал скорость, никакой стрельбы не последовало. Они беспрепятственно добрались до заставы Джавата, и Аладин на предельной скорости повел машину по ухабистой дороге к глинобитному домику.

Кэтрин окликнула их в темноте, спрашивая, все ли целы.

– Все в порядке, – сказал Мак-Грегор.

– Мы слышали, как в вас стреляли, – сказала она, – И боялись, не ранило ли кого-нибудь. Отсюда послали человека выяснить это, но он не вернулся. В вас в самом деле стреляли? – Она стояла между ними и держала обоих за руки.

– Нет, нет, – сказал Эссекс, когда они вошли в убогую лачугу. – Просто эти люди несколько расточительно расходуют патроны, вот и все. Я приехал, чтобы взять вас с собой туда, где вам дадут приличный ужин и приличную кровать. Мак-Грегор приехал, чтобы посоветовать вам оставаться здесь.

– Бросьте, Айвр! – воскликнула Кэтрин.

– Вот кто мне нужен. – В тусклом свете лампы Эссекс наконец разглядел Джавата.

– Мистер Гочали немножко говорит по-немецки, – сказала Кэтрин. – Мы с ним долго беседовали. Ведь правда? – обратилась она к нему по-английски.

Джават улыбнулся сдержанной и чуть смущенной улыбкой.

– Вы действительно знаете немецкий язык? – спросил его Эссекс по-немецки.

– Ein bischen, – ответил Джават. – Nicht genug zu ver-stehen alles (Немножко. Недостаточно, чтобы понимать всё (нем.).