– О да-а-а, – протянула собеседница, наблюдая за его мимикой, – особенно приятным был тот бокал вина, что добавил красок твоей одежде. Извини, сцену я устроила в ресторане отвратительную, сама не знаю, что на меня нашло, – вздохнула она.

– Да ладно, – решил подбодрить ее Арэт. – Лучшее иссэ-террское торонжэ, да еще и из рук очаровательной блондинки… – пряча лукавые искорки за полуприкрытыми веками, промурлыкал он.

– Блондинок, значит, любишь? – недобро прищурившись, оборвала его речь изобретательница и села.

– Почему во множественном числе? – положив руки за голову, уточнил дракон.

– А! Так значит, не во множественном! Одну-единс-с-ственную любиш-ш-шь… блондинку. – В словах девушки начали превалировать шипящие звуки – раздражение вопреки ее желанию возвращалось.

«Змейка, – мысленно умилился ящер, наблюдая за ней. – Ревнивая маленькая змейка. Моя змейка», – подытожил он и, продолжая изображать безмятежность, слегка активировал защитные свойства драконьей кожи. А то вдруг это златоглазое чудо в запале решит стилет по назначению использовать и отпилит ему что-нибудь… важное.

– Ну как тебе сказать… – проговорил он вслух.

– Да так и скажи, – перестав шипеть, проворчала Ашка. – Мама или дочка?

– Ась? – Арэт даже на локтях приподнялся, озадаченный ее заявлением. Какая мама? Чья? Если ее – так она давно уже почила вроде, а если его… да к чему это все здесь и сейчас?! И какая к демонам дочка?! Не может женщина забеременеть от дракона, если она не его пара! К тому же у них с малышкой Карти даже близости нормальной пока что не было. Не могло же это повернутое на науке чудо от поцелуя залететь! Или могло? Она ж экспериментаторша та еще… Вдруг чего не того наэкспериментировала прошлой ночью? А он и не заметил.

– Фея твоя или ее малышка, спрашиваю? – ворчать девчонка тоже прекратила, вместо этого тон ее стал немного усталым, будто тема уже утратила интерес для той, кто ее поднял.

– Какая еще фея? – нахмурился дракон. Мамы, дочки, теперь вот феи… так она и до зеленых человечков с крылышками дойдет в своем стремлении выбить его из колеи и окончательно запутать.

– Ну та, которой ты свое сердце отдал, а она замуж за другого выскочила и родила того мелкого монстрика в образе очаровательной малышки Риты, – решив прояснить ситуацию до конца, сказала девушка.

– Эм-м. – Арэт завис. Какое-то время переваривал информацию, потом снова повалился на спину своего магического творения и расхохотался. Громко, искренне, от души.

– Я тебя сейчас ударю, – сообщила Ашель через пару минут его неуместного веселья. – Сильно ударю, – добавила чуть позже. – Сапогом! – Угроза подействовала. Ну или ящер просто устал смеяться.

– Аша, солнышко, с чего ты вообще вспомнила о Ритэре? Она ж дитя еще совсем.

– Ну… мы о блондинках говорили и о твоей тяге к ним, – не глядя на мужчину, выпалила изобретательница.

– Я не извращенец, чтобы меня тянуло к детям в том смысле, который ты подразумеваешь.

– А к их мамам? – Мельком взглянув на него, девушка снова принялась изучать подол своего золотого платья. Распахнутая шуба этому процессу ничуть не мешала.

– Аделаида чудесная женщина, умница и красавица, а еще она мой хороший друг, такой же, как Лола, Эмо, Ирвин и Кориан, отец Кори-эль. Было время, я даже ухаживал за ней… Ты, кстати, тогда еще не родилась, – легонько дернув ее за длинную прядь распущенных волос, добавил он. – Но с чего вдруг вопрос об Адель? Вы ведь даже не знакомы.

– Другая твоя обожаемая блондинка просветила с утра пораньше, – чувствуя, что нахлынувшее было напряжение уходит, отозвалась Ашель.

– Боюсь предположить которая, – криво усмехнулся мужчина.

– Та, что вечно в розовом.

– Не сомневался. А ты тоже хороша… – изобразив фальшивое недовольство, сказал Арэт. – Нашла чьи байки слушать, Корделия та еще… с-с-сказочница. Могла бы меня спросить.

– Я пыталась, – методично разглаживая складки платья, сообщила изобретательница.

– Что-то не заметил.

– Пошла с Кааром к вам с Кимом, услышала твою вдохновенную речь о моей человеческой непригодности для драконов…

– Стоп, стоп, стоп, – на этот раз недовольство блондину изображать не пришлось, оно было весьма натуральным. – Я не говорил…

– Говорил! – упрямо поджала губы она.

– Нет, не говорил! – Он сел рядом с ней и, взяв за подбородок, повернул лицо девушки к себе. – То есть говорил, но не о тебе.

– Это как? – Ее желтые глаза недоверчиво сузились, будто пытались разгадать мысли собеседника по его мимике.