— Как добрались, лейтенант? — Американский капитан, застенчиво улыбаясь, подошел к нашей группе.

— Отлично, сэр. — Я самый старший по званию из группы, и мне держать ответ.

— Это хорошо. Меня зовут Джеймс Стюарт, — слегка запинаясь, представился кэп. — Сейчас ваш сопровождающий отметится у начальника станции о прибытии, и мы отправимся в часть.

Джеймс, Джимми, Стюарт? Оскароносец? Или нет? Может, он в этом мире вообще не актер и в кино не играл… Э-э-э-э!.. Практиканты за моей спиной зашептали: выходит, этот Стюарт все же играл в кино…

— Сэр, первый лейтенант Майкл Пауэлл, сэр, — представился я, стараясь унять легкую дрожь в коленках. Ну, блин, если в этой 410-й ЭБГ встречу неожиданно Кларка Гейбла, обязательно свихнусь на радостях…

— Майкл Пауэлл? Неужели вы? Рад встрече со столь знаменитым героем первого дня войны, — скромно восхитился собеседник и протянул руку для рукопожатия. Это точно он. — Кстати, вы будете в моем экипаже, лейтенант…

— Сэр! Разрешите автограф! — Кип появился рядом со мной, щенячьим взглядом он просто умолял Стюарта дать автограф. В руках у бойца были блокнот и химический карандаш. Позади практиканты недовольно бубнят что-то вроде: «Проклятый выскочка, опередил всех!»

— Ха-ха… — Стюарт немного замялся от столь быстрой и решительной просьбы. — Хорошо. Что писать, сержант?

— Моя мама влюблена в вас, сэр! Она будет в восторге, если я пришлю ей автограф от Макколи Коннора, героя «Филадельфийской истории»!.. — Актер начеркал три строки на листке блокнота и вернул его сержанту. — Спасибо вам, сэр!

— Пожалуйста…

Карпов вернулся минут через десять и сразу же повел нас к машинам.

До расположения части ехали почти час. Кое-где дорога была разбита бомбами, один раз на обочине мы увидели остов сгоревшего грузовика. Рейнджеры, до той минуты весело общавшиеся меж собой, замолчали и стали задумчивыми, угрюмыми, иногда они бросали взгляды на меня. Война для них еще не проявлялась ни в чем, кроме физических и умственных нагрузок, а я уже успел и повоевать, и получить ранение, и героем стать… Кошмар. Вокруг война! Что с нами будет?..

Я не ожидал увидеть бредовых элементов, не соответствующих военной реальности, вроде бетонной взлетно-посадочной полосы или ангаров, открытого склада топлива и башни контрольно-диспетчерской службы, но и не увидеть ничего я не мог. Странно, конечно, а все же так и случилось — я ничего не увидел. Мы съехали на полевую дорогу, ведущую к большому лесному массиву, проехали сквозь него и выехали на абсолютно голое, ровное поле. Здесь ничего нет… Абсолютно ничего. Аэродром где-то дальше?.. Э-э, чем это пахнет? Бензином вроде…

Капитан Стюарт, сидевший вместе с нами в кузове грузовика, улыбается и смотрит на меня. Практиканты взволнованно озираются — их тоже смутила остановка машины на опушке леса прямо перед пустым полем.

— Бензином пахнет…

Запах топлива не очень яркий, но его присутствие я улавливал. Пахло точно не от нашей машины — иной был запах, более резкий. Капитан на мои слова улыбнулся еще шире.

Ах вы, маскировщики-виртуозы! Вон же слева, прямо на опушке леса, зенитка под маскировочной сеткой стоит! Ну, невидимка прямо, как ее мастерски замаскировали!.. И вот справа такая же. А вон бочки под навесом, в тени скрыты. Блин, это же маскировка от наблюдения с воздуха, а тут даже с земли почти в упор фиг заметишь.

— Мы приехали, рейнджеры. Думаю, сейчас наш грузовик стоит на территории аэродрома. Вон там и вот там стоят зенитки, во-о-он в лесу справа, под маскировочной сеткой еле заметен, — склад топлива.

Капитан ошарашенно посмотрел на меня, потом на вылезшего по пояс из кабины подполковника Карпова и, разведя руками, произнес:

— Пауэлл, вас так просто не проведешь… У вас отличная подготовка, и вы наблюдательны. Нас вместе с запросом на прием в часть практикантов из числа рейнджеров попросили обеспечить условия для проведения проверки вашей внимательности. Вот мы и проверили… — капитан растерянно объяснил ситуацию.

Хм, конспираторы вновь зашевелились? Ну, что скажешь, Карпов? Смотрю на подпола.

— У вас отличная подготовка, товарищ первый лейтенант. Это хорошо, что вы не теряете контроля над собой и все время внимательны. — И все. Выпрыгнул из кабины и направился в лес.

Из второй машины выскочил один из капитанов-летчиков и громко оповестил укрывшихся в лесу летчиков и баовцев о завершении тренировки по маскировке.

— Все еще проверяете, товарищ подполковник? — бросил я Карпову, следуя за капитаном Стюартом. Ответа ждать не стоит: подполковник знает, о чем речь.

Разместили нашу группу в довольно просторном деревянном одноэтажном домике, замаскированном в глубине леса. Рядом располагалось еще около десятка таких же камуфлированных зданий. Все построены прямо под деревьями, в хаотичном порядке, никаких вырубок леса или полянок рядом нет — любой авиаразведчик с неба разглядит только сплошной лесной массив.

Бросили свои вещи на койки и отправились за Стюартом в штаб. Здесь располагалась не вся 410-я ЭБГ, а лишь ее часть. Группировать в одном месте большое количество бомбардировщиков чревато серьезными потерями в технике от вражеских налетов. А так распределили по частям все силы подразделения, спрятали в лесах Белоруссии и по приказу собирают уже в воздухе нужные по количеству группы. Это, кстати, мне все Стюарт расписывал, пока до штаба шли…