– Ты не боишься быть узнанным? – она отстранилась от него.

– Это достаточно большой город, – взвешивая все «за» и «против» своего решения, сказал Арчи и улыбнулся: – К тому же публика, с которой мы работаем, редко предается грехам.

– А сыну Создателя, значит, можно? – повеселела Скарлет.

– Скорее я дьявол, выдающий себя за него, – грустно пошутил Арчи.

– То, как ты сделал этого завравшегося Спенсера, просто поражает мое воображение, – вернулась она к началу разговора.

Лентяй провел ладонью по влажной от росы перекладине креста:

– Прости…

К горлу вновь подступил ком. Его Зайка сейчас здесь, совсем рядом, под слоем земли и глины… И кто это решил? Лентяй стиснул зубы и сжал кулаки. Сзади едва слышно скрипнул камешек под подошвой ботинка. Он не обернулся, заранее зная, кто это.

– Пора, – почти шепотом напомнил Камыш.

Лентяй круто развернулся и молча, ориентируясь по белеющим в темноте бордюрам, направился по дорожке к выезду с кладбища.

– Успокоился? – спросил Гарпун, когда Лентяй плюхнулся на заднее сиденье машины.

Лентяй промолчал.

Камыш повернул ключ в замке зажигания и вопросительно посмотрел на Гарпуна:

– К Масимовым?

– Нет, в аквапарк, – съязвил Гарпун.

– Опять Камыш тупит, – усмехнулся Ротан.

Чуть выше среднего роста, сухощавый и подвижный Чижов Вовка был родом с Дальнего Востока и как-то рассказал, что там водится рыба, которую называют ротан. Так, сам того не подозревая, он придумал себе кличку, или, как это принято называть, погоняло. Лентяй узнал о его существовании всего два дня назад, когда он впервые появился на квартире в обществе Камыша. Как объяснил Камыш, Ротан был в «отпуске по болезни». В обычной хулиганской драке его ткнули ножом в спину. В больнице ему пришлось наврать, что упал спиной на груду сваленного в гараже металлического хлама. Впрочем, врачей не особо интересовало происхождение раны. Светловолосый, с бесцветными глазами парень был неразговорчив и резок.

Камыш тронул машину с места. Свет фар пробежал по забору, выхватил из темноты угол дома…

Лентяй закрыл глаза. После посещения кладбища наступило состояние умиротворения и покоя. Он не помнил, сколько ехали. Пришел в себя от внезапно наступившей тишины и прекратившейся тряски.

– Ну что, здесь ждать будем? – раздался голос Камыша.

– Это единственный маршрут, которым они пользуются, – ответил Ротан.

Лентяй посмотрел вперед, но ничего не увидел, кроме чернеющих на фоне звездного неба силуэтов деревьев.

– А где их дом? – охрипшим ото сна голосом спросил он.

– Здесь, рядом, – ответил Камыш.

– Так чего ждем-то? – удивился Лентяй. – Скоро рассвет. Пошли!

– Не надо никуда идти, – едва скрывая раздражение, сказал Гарпун. – Планы поменялись. Старший, в сопровождении одного из своих волчат, на утренний намаз здесь ходит…

– А разве в этом районе есть мечеть? – отчего-то Лентяю стало не по себе.

– А где их нет? – напомнил о себе Ротан.

– Да, сразу за сквером, – подтвердил Камыш. – Небольшая. Скорее, молельный дом.

– Может, тогда грохнем их, когда они обратно будут идти? – осторожно предложил Лентяй.

– Что, после посещения кладбища проникся уважением к чувствам верующих? – хмыкнул Гарпун.

– Как-то благородно очень выйдет, – возразил Камыш. – Перед смертью дать грехи замолить.

– А ты не подумал, что в этом случае эти уроды в свой рай попадут? – Гарпун развернулся на сиденье и внимательно посмотрел на Лентяя. – И вообще, не нравится мне сегодня твое настроение.

Неожиданно Лентяй вспомнил разговор о том, что религия может быть только одна. То же христианство, отчего-то поделенное на православных и католиков, само по себе ставит под сомнение ислам, и наоборот. А ведь есть буддисты, кришнаиты и множество других вероисповеданий. «Так быть не может, все есть обман», – отчетливо прозвучал в голове голос бишепа Вайта, проповеди которого теперь Лентяй старался не пропускать.

Постепенно силуэты деревьев принимали более четкие очертания. В окнах домов загорелся свет.

– Идут! – взволнованно объявил Камыш.

Лентяй выглянул вперед, между сиденьями, и увидел два едва заметных на черном фоне светлых силуэта, двигавшихся по дорожке.

– Ну что, парни, готовность номер один, – спокойно объявил Гарпун и посмотрел на Камыша: – Реквизиты возьмешь.

– Мог бы и не говорить, – обиженно фыркнул Камыш.

Едва Масимовы прошли до конца бетонного забора и повернули за угол, Гарпун скомандовал: «Пора». Они бесшумно вышли из машины. Тихо прикрыв дверцу, Лентяй подошел к багажнику. Камыш открыл крышку. На подготовку ушли минуты. И вот все уже в одинаково черных, свободного покроя куртках и штанах. Под накинутыми на них балахонами – оружие. На головах капюшоны. Лентяй не понимал, для чего такой маскарад. Все выглядели по меньшей мере странно.

Мечеть была небольшой. По сути, это дом с небольшой башенкой, маковку которой венчал полумесяц. Двери были открыты. Камыш шагнул через порог. Следом вошли Гарпун и Ротан. Лентяй замыкал шествие. Звук шагов тонул в огромном ковре, у края которого стояли две пары обуви.

– Вы куда?! – наперерез, откуда-то из темноты, выскочил молодой мужчина. Он был в застегнутой на все пуговицы черной рубашке и такого же цвета брюках. На голове шапочка, сшитая по форме тюбетейки с замысловатой вышивкой по кромке.