– Вы что, всегда ходите на пляж с успокоительными таблетками? А как же жара? Лекарства рекомендуется хранить в прохладном темном месте.

Элина на мгновение смешалась, а потом решительно сказала:

– Я взяла их с собой на всякий случай. Я хотела с ней поговорить и поговорила.

– Понятно: подложили в стакан неважно с каким напитком сильный транквилизатор. И ваша соперница вследствие этого умерла от остановки сердца? Сомнительно, – покачал головой Алексей.

– Вы прижали меня к стенке, и я созналась. Чего ж вам еще надо? – усмехнулась Элина. – Можете меня арестовать.

– У меня нет таких полномочий, – сердито сказал Алексей. – Ну, а Манукова кто убил?

– Тоже я.

– Вошли в мужской туалет и схватили его за волосы?

– Именно.

– А как вы узнали, что он в туалете?

– Я видела, как он туда зашел, – спокойно ответила Элина.

– Ну, хорошо. А за что вы его убили?

– Потому что иначе он убил бы меня. Он же меня ненавидел. Разве Гена вам не рассказывал?

– Рассказывал, – признался Алексей.

– И чего ж вам еще?

– Ну, а почему тогда Наденька бьется в истерике?

– Этого я не знаю, – пожала плечами Катыкова. Выговорившись, она успокоилась и постепенно приходила в себя. Перед Алексеем вновь сидела собранная, волевая женщина.

– Вы мне опять врете, – покачал он головой.

– Послушайте, человек только что признался в двух убийствах. Такими вещами не шутят.

– У меня возникло ощущение, что вы торопитесь на плаху. Решили принести себя в жертву?

– Вам-то не все равно? Полиции важны лишь показатели раскрываемости. Зачем ей истина? А вам, Алексей, тем более. Вы сейчас вообще не на работе.

– Просто эта история меня сильно заинтересовала. Сначала я думал, что это повесть о современных Ромео и Джульетте, и, разумеется, был на стороне несчастных влюбленных. Ведь, согласно Шекспиру, жертвами стали они. Вот я и боялся, что пострадают Надя и Тема.

– О, нет! – рассмеялась вдруг Элина. – Только не мой сын! Он прекрасно умеет защищаться! За него-то как раз не переживайте.

– Да? – слукавил Алексей. – А мне показалось, что он милый мальчик. Добрый, открытый.

– Кто? Артем? Он циник и прагматик. Далеко пойдет. Карьеристом будет, в отца.

– В какого? В биологического или приемного?

– Опять ерничаете. Артем прекрасно знает, чего хочет. Он великолепно умеет выстраивать отношения. И всегда получает то, что хочет. Я и в школе-то бывала только на родительских собраниях, и то не на всех. Лишь на тех, о которых сын счел необходимым поставить меня в известность. Свои проблемы он всегда решает сам. И в институт он поступил сам, не за деньги Рената и не по блату.

– А… э-э-э… как насчет женщин?

– Не деликатничайте. Я не знаю наверняка, но догадываюсь. Мой сын уже не девственник.

– Сережа мне говорил, что вы следите за каждым шагом Артема.

– Это мой сын так всем говорит. У него своя игра, я только не понимаю, какая. Он и вашего сына использовал. Не хотите неприятностей – держите Сергея от моего Артема подальше.

– Вы прямо-таки образ монстра какого-то нарисовали. А речь ведь идет о девятнадцатилетнем парне!

– Который уже встречается с женщинами. Я уверена, что это взрослые дамы. С определенным опытом.

– И в кого это мальчик пошел, а? – не удержался Алексей.

– На меня намекаете? Напрасно. Да, я рано начала встречаться с мужчинами, да, с женатыми, но я любила, поймите! Мне просто долгое время не везло. И от Манукова я ушла из-за сына. Побоялась, что свекровь своего добьется, уморит ребенка. Ради Темы я на все готова. Не стала от Рената рожать, хотела, чтобы все досталось моему мальчику, первенцу. Я безумно его люблю. Честно признаюсь: здесь я за ним действительно следила. Временами перегибала палку. Но это лишь для того, чтобы избежать инцеста. Пусть портит кого угодно, любых девок, но не опускается на самое дно. Если он и эту черту переступит, в дальнейшем для него вообще не будет ничего святого. Дальше что? Или кто? Мать?

– Ну, это вы загнули, Элина Виленовна! Кстати, а где они лежали, ваши таблетки?

– В том-то и дело, что на виду – никогда. Я их прятала, и прятала надежно.

– А именно?

– Там, где хранились старые фотоальбомы, документы…

– Документы?

– Да. Воры не сообразили бы туда забраться.

– А Тема сообразил… – Алексей задумался. – Знаете, Элина Виленовна, я вам не верил, когда вы предупреждали меня насчет сына. А вот теперь поверил. Несмотря на молодость, Артем – человек опасный. И игра его, как бы это сказать? Не по возрасту игра.