– А ты почему не звонишь?

– Ну, обычно ты звонил.

– Пора менять такую глупую привычку.

– Ты какой-то злой. Может, пойдем немножко погуляем? Потом я зайду на студию, у меня выступление минут на сорок, а после я опять свободна.

– Нет, хочу сегодня остаться дома.

– Ладно, пока, – обиженно протянула Мари и повесила трубку.

Через час, в половине девятого, я все-таки оделся и пешком дошел до студии. Вышла Мари с большой спортивной сумкой, с ней мужчина и женщина. Она попрощалась с ними и подошла ко мне.

– Возьми сумку, пройдемся пешком, пока не холодно. Может, пойдем к вам, Давид? Еще не поздно. Я давно не виделась с твоими родителями.

– Ничего, привыкай. Скоро ведь у тебя вообще не будет возможности повидаться с ними.

Мари сделала вид, что не слышит.

– Зачем ты таскаешь с собой в студию спортивную сумку?

– Так нужно.

Дома, в гостиной, Мари рассказывала о своих впечатлениях от концерта Шарля Азнавура, потом перешла к студийным новостям. Впервые на моей памяти она была такой многословной.

– Ой, как поздно, уже двенадцатый час! Мадам Люси, можно, я переночую у вас?

Никогда раньше Мари не обращалась к нам с такой просьбой – ведь на машине до их дома можно добраться самое большее за пятнадцать минут. С чего вдруг она решила остаться у нас?

– Разумеется, дорогая! А твои родители не будут беспокоиться?

– Сейчас Давид позвонит им и предупредит.

– А почему не ты сама? – удивился я.

– Лучше ты.

Трубку взяла Тереза.

– Привет, Тереза. Передай родителям, чтобы не беспокоились, Мари переночует у нас.

После короткой паузы девушка ответила:

– Знаю, спокойной ночи.

В комнате мама устраивала Мари на ночлег.

– Это кровать Давида, он будет спать на месте своего брата.

– А брат?

– Не беспокойся, у нас места достаточно. В кабинете отца большой диван, он свободен. Сейчас я принесу тебе ночную рубашку.

– Не беспокойтесь, мадам Люси, я взяла с собой все необходимое.

– Послушай, Мари, может, объяснишь, что случилось? – спросил я, когда мама вышла из комнаты. – С чего ты решила переночевать не дома, а у нас? А если бы я не пришел в студию? Тогда что?

– Я бы сама пришла.

– Что случилось? Что за фокусы?

– Я устала, хочу спать.

– Ну ладно, спи, фокусница.

В семь тридцать утра я уже был на ногах, сделал свою обычную физзарядку, принял душ и тихо зашел в комнату переодеться. Мари крепко спала, лежа на животе, длинные волосы почти закрыли красивое, порозовевшее от жары лицо. Красивые, сильные руки и изящные ступни были открыты. Как спокойно и доверчиво она спит у нас дома! Все так естественно, словно по-другому и быть не могло. Вероятно, опять поссорилась с родителями, она ведь не соглашается ехать вместе с ними, хочет остаться со мной. А ведь после концерта Шарля Азнавура я уж было решил, что все пропало. Но решение Мари переночевать у нас говорит совсем о другом.

Скоро все уйдут на работу, а Мари останется дома. Я положил на стол свои ключи с запиской: «Если захочешь выйти, закрой дверь моими ключами, а днем, в перерыве, или после работы увидимся». В коридоре я встретил маму, сказал, что мои ключи у Мари, так что они с отцом могут спокойно закрывать дверь и идти на работу. Мама решила задержаться дома еще на час.

Где-то в полдень позвонила Мари. В этот момент я в присутствии молодого стажера допрашивал несовершеннолетнего карманника с дебильным лицом.

– Представляешь, я только час назад проснулась. Мадам Люси оставила мне завтрак, но кушать я не хочу. Может, пройдусь пешком к тебе, как раз будет время перерыва, перекусим вместе.

– Хорошо, постараюсь быть вовремя, но если меня не будет у входа, значит, я задержался. Тогда поднимись, пожалуйста, на второй этаж, в четырнадцатую комнату.

Мари пришла раньше времени. В кабинете находились еще несколько моих коллег, и мы активно обсуждали предстоящий футбольный матч давних соперников – команды «Арарат» и бакинского «Нефтяника». Все удивленно посмотрели на Мари. Кое-кто видел ее по телевизору и знал, что она моя девушка. Как диссонировала она с этой спартанской, казенной обстановкой, с решетками на окнах, старой, изношенной мебелью и особым запахом советского учреждения! Мари за секунду внимательно осмотрела всех по очереди и представилась:

– Я – Мари, невеста Давида.

– Мы вас знаем, видели по телевизору, но в жизни вы намного красивее, чем на экране, – вступил в разговор Грачя, известный в прокурорских кругах как блестящий оратор и вообще превосходный человек. – Да, Давид, тебе скорее надо стать как минимум прокурором города, чтобы соответствовать такой девушке.

– Думаю, после своего визита в прокуратуру она передумает выходить за меня, и все решится само собой. Пока, коллеги, вернусь через час-полтора.

– Я беру на себя функции прокурора и освобождаю тебя на сегодня, завтра, да и на всю неделю от необходимости присутствовать на работе, – засмеялся Грачя, и мы с Мари вышли из комнаты.