— Калона! Спаси его!

Бессмертный ринулся вперед даже прежде, чем я успела договорить. Расправив крылья, он перескочил расколотую балюстраду и исчез.

Я бросилась за ним и резко остановилась на краю крыши. Глядя вниз, я увидела, что Калона схватил Аурокса за лодыжку буквально за секунду до того, как тот — уже полностью в человеческом обличье — упал на мостовую.

Неферет же не повезло. Я видела: она врезалась в острый угол здания, пролетела еще несколько этажей вниз и рухнула посреди Пятой улицы. С высоты она походила на сломанную куклу: вывернутая шея, согнутые под неправильным углом руки и ноги, темная лужа крови под головой.

Ко мне подошла Танатос и обняла сильной рукой, словно боялась, что я упаду вслед за Неферет. Тут же появились остальные и обступили меня.

Старк забрал меня у Танатос и держал в объятиях, пока я дрожала, не сводя глаз с тела Неферет.

На балкон приземлился Калона с Ауроксом на руках.

Афродита помогла бабушке подойти, и та взяла меня за руку.

— Моя у-вет-си-а-ге-я, отойди, чтобы не видеть этого ужасного зрелища, — сказала она.

Но я не могла отвести от него взгляда. И поэтому заметила, как тело Неферет начало содрогаться. Я проследила за этим от начала до конца. Ее руки и ноги задергались, волосы зашевелились, спина изогнулась. А затем Тси Сгили словно растворилась. Из складок ее пропитанной кровью одежды появились тысячи черных пауков, которые быстро подползли к канализационным решеткам и исчезли в темноте.

Тогда я наконец отвела взгляд и посмотрела на Танатос.

— Она не умерла.

Верховная жрица Смерти ответила мне, хотя мои слова не были вопросом.

— Не знаю. — Танатос выглядела бледной и усталой. — Я никогда не видела и даже не представляла себе то, чему мы только что стали свидетелями.

Я чувствовала себя слишком спокойной. Я не устала. Не плакала. Не злилась. Меня накрыло невероятное спокойствие.

— Думаю, нам лучше держать ухо востро. Нутром чую, Неферет еще вернется, — сказала я.

— Да, Жрица, я согласна, — кивнула Танатос.

Я обняла бабушку за талию и позволила ей опереться на меня.

— Тебе нужно в больницу, — тихо сказала я.

— Нет, у-вет-си-а-ге-я, мне нужно только добраться до дома!

Я заглянула в ее ласковые глаза.

— Прекрасно тебя понимаю, бабушка. Мы со Старком отвезем тебя.

— Сначала тебе нужно кое-что сделать, — предупредил Старк.

— Она может поцеловать вас и сказать, что любит потом. Давайте уже уйдем отсюда. Пауки оказались последней дерьмовой каплей. Мне необходима ванна и ксанакс! — отрезала Афродита.

Я ничего не сказала, чувствуя, что от Старка исходят какие-то странные волны.

— Подождите здесь. Всем нужно это увидеть.

Он еще раз сжал мою ладонь и скрылся в пентхаусе. Через секунду мой Воин вернулся, неся в руке мой Камень Провидца на порванной цепочке.

Он снова уменьшился до размеров леденца и выглядел абсолютно безобидным. Но я знала, что к чему, и когда Старк протянул его мне, я взяла его осторожно, словно неразорвавшуюся бомбу, и попыталась положить в карман джинсов, но Старк мне не позволил.

— Нет, не убирай! Подними его и направь на Аурокса. И еще раз произнеси заклинание.

— С какой стати?

Внезапно я заговорила не как взрослая, собранная и замечательная Верховная жрица.

— На меня?

Все перевели взгляды на Аурокса. Да уж, он выглядел паршиво: в рваной в клочья одежде, весь в синяках и ссадинах.

— Почему?

— Потому что когда ты проткнул Неферет, я мельком увидел твое отражение в волшебном зеркале. Всем нужно увидеть то, что увидел я, — пояснил Старк. — Произнеси заклинание, Зои!

— Не знаю, сработает ли оно снова. Это же древняя магия, она странная и совершенно непредсказуемая, — ответила я.

— Просто прочти заклинание, у-вет-си-а-ге-я, — попросила бабушка.

— У меня нет…

Старк протянул мне смятый фиолетовый листок.

— Вот он!

— Ну, тогда ладно.

Я подняла Камень Провидца и направила его на Аурокса. Еще не начав читать заклинание, я почувствовала, что камень нагревается.

Мой голос звучал не так властно, как в первый раз, но слова чисто и ясно разносились в воздухе, и в конце заклинания Камень Провидца снова изменился, превратившись в большой зеркальный круг, направленный на Аурокса.

— Так это правда! — выдохнула Афродита. — Это самое странное, что я видела в жизни, а я уж достаточно странностей повидала!

Бабушка прохромала к Ауроксу и коснулась его щеки.

Он со слезами на глазах смотрел в зеркало, но перевел взгляд на нее.

— Я знала, что была права, когда поверила в тебя, тсу-ка-ни-с-ди-на, — сказала моя бабушка. — Спасибо, что спас меня, мальчик! — Она потянулась к нему, он наклонился, и она по-матерински поцеловала его в щеку.