Шрифт:
– Я сказал, что так и будет.
– Вспоминаешь ли ты окончание нашего разговора той ночью в лесу?
– мягко спросила Саройя.
– Я вспоминаю. Часто.
Он вспоминал об этом так же часто...
Переместившись и оказавшись в нескольких дюймах от неё, Лотэр обхватил дрожащей ладонью её затылок.
– Лишь моя сила превышает моё желание. Твоя смертная форма слишком хрупка, чтобы я мог сделать тебя своей. Но я должен это закончить.
– Тогда я не отдамся в этом теле, пока ты не уничтожишь душу Элизабет и я не останусь единственной хозяйкой, - сказала Саройя.
– Пока же можешь получить физическую разрядку каким-нибудь другим способом - после того, как поклянёшься, что принимаешь предложенные мною условия. Поклянись перед своим Ллором и создай со мной нерушимое соглашение.
Они смотрели друг другу в глаза и ему казалось, что время замедлило свой бег, чтобы он мог ощутить, насколько знаменательными будут его следующие слова:
– Я клянусь перед Ллором, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы изгнать душу Элизабет навсегда, а затем сделать это тело бессмертным.
Она казалась отчасти удивлённой и обрадованной.
– Очень хорошо, мой король...
И сейчас Саройя напомнила:
– Ты дал клятвы, Лотэр. Ты связан ими чтобы найти кольцо для превращения этого тела в бессмертное - и для избавления от Элизабет.
Той ночью он был прав, его слова оказались знаменательными. Правда не в том смысле, как он думал.
– Освободи меня от этого соглашения.
Её губы изогнулись, получилась почти что улыбка.
– Клянусь перед Ллором, что я
никогда
не освобожу тебя.
– Ей это доставляло удовольствие.
– Эти клятвы так связывают, не правда ли? Помнишь моих слуг? Твоя судьба решена, Лотэр.
Так и есть.
Он это знал. Всё было предельно ясно.
– Возьми себя в руки, вампир. Если будешь твёрдым в своих поступках, то вскоре получишь всё, чего когда-либо хотел. Всё, чего хотела для тебя Ивана.
Но, возможно, он начинал хотеть чего-то большего.
– А сейчас, Лотэр, призвать ли мне твою - временную - наложницу?
Прищурив глаза, он ответил:
– Да, красавица. Искупай её, одень в красный шёлк и уложи в мою постель. Да, и боевой макияж можно пропустить.
ГЛАВА 32
Элли проснулась от ощущения мурашек, бегающих вверх и вниз по телу.
Лотэр лежал рядом, водя кончиками пальцев дорожки от её шеи до ложбинки между грудей.
Она была одета в красную сорочку, он же был обнажён.
– Ты мне нравишься в красном, - сказал он, и от его хриплого голоса мурашки забегали сильнее.
– Я тебя ждал.
– Что... что ты делаешь?
– Я решил дать тебе возможность искупить вину за своё дерзкое поведение. Ртом.
.
– Дерзкое
поведение. Саройя что, отступила по своей воле?
– Тогда это означает...
– О, боже, она доставила меня в твою постель в таком виде? Или ты уже успел с ней тут развлечься?
Элли не чувствовала, что они были только что близки. Впрочем, как она могла быть уверена?
– Так или иначе - это ничего не меняет.
– Ты прав, в любом случае это
мерзко.
Ты и Саройя - вы оба мерзкие!
– Она толкнула его ладонями в грудь, но не смогла даже немного сдвинуть.
– Отвали от меня!
С лёгкостью одной рукой он схватил оба запястья, придавив их у неё над головой.
Когда другой свободной рукой он накрыл её грудь, нежно массируя, она закричала:
– Не трогай меня! Я не хочу тебя!
Он склонился к ней для поцелуя, но она отвернула лицо в сторону. Он взял её за подбородок, удерживая на месте.... она плотно сжала свои губы.
Он отпрянул назад.
– Что такое? Будь такой, какой была уже со мной раньше! Когда ты от меня таяла.
– Это было до того, как я окончательно поняла, что ты за мерзавец.
– Из-за того, что обезглавил нескольких оборотней? Да ладно, Лизавета, это же не то же самое, как отхлестать гномов членом по щекам.
Её челюсь отвалилась.
– Ты
неподражаем
! Смертоносный, жалкий, нелюдимый монстр. Красив снаружи и почти ничего больше. Господи, найди уже это кольцо и избавь меня от страданий!
– Будь такой, как была раньше! Это
не
просьба.
– На хуй, вампир.
– Скоро.
– Отпусти!
– Когда ничего не произошло, она закричала: -
– Отпусти, отпусти, ОТПУСТИ!
– Тёмные боги, заткнись!
– проорал он, однако отпустил её руки.
Она вскочила с кровати.