Никс выглядела подавленной. Беззвучно шевеля губами, она обхватила себя руками.

Вдруг он понял.

Чтобы помочь мне сегодня, она каким-то образом мучила себя.

– Никс?

Изнурённая, обескураженная, она едва ли походила на то безжалостное существо, которым он всегда её считал.

Она спросила на старонорвежском:

– Как мне упомнить апокалипсис?
– голос звучал обеспокоенно, вся её тонкая фигурка дрожала.
– Ещё столько надо увидеть, упомнить, столько лиц...

Его мысли затенялись чужими воспоминаниями, её - видениями будущего. Она разыгрывал свою единственную Развязку, она, очевидно -

тысячи

.

– Как?

– вскричала она. Небо за окном прорезала молния, впервые в истории

вспыхнув

в пространстве Дакии.

С улиц внизу раздались визги. Удар грома сотряс всё королевство.

Неизвестная угроза, о которой говорила Карга.

– Успокойся, валькирия!
– он встряхнул её, обхватив за плечи.

Она пыталась вырваться, ещё две молнии ударили друг за другом. Словно взрыв. Она может обрушить замок!

– Феникс, успокойся!
– взяв её на руки он переместился с ней прочь...

Мгновенно молнии прекратились. Текли секунды. Тут и там раздавались приглушённые вскрики. Угроза миновала.

– Феникс?
–

прошептала она.- Никто, кроме тебя, меня так не зовёт. Все, кто звали, уже мертвы. Они все мертвы.

Он издал длинный выдох.

– Они всегда умирают раньше нас, разве нет?

– Без промаха.

– Когда ты в последний раз спала?

– Не спала с тех пор, как видела тебя на острове.

Это было несколько недель назад.

– Почему? Визги в Вал Холле не дают уснуть?

– Мне нравится дремать под эти визги. Нет, это потому, что кому-нибудь

всё время требуется моя помощь. Ллореанцы беспрестанно шатаются вокруг особняка с тоскующими сердцами и несбывшимися желаниями. Я чувствую их боль, как гнилой зуб, который никак не могу вырвать.

– Тебе нужен мужчина, который будет держать всех их на расстоянии.

– Ты даже

не представляешь,

насколько.

Он пробормотал ругательство, затем предложил:

– Ты можешь сегодня остаться здесь, - переместившись к диванчику в гостиной, он осторожно опустил её вниз.
– Одну ночь я подержу ллореанцев подальше от тебя.

– Здесь, высоко в башне, так благословенно тихо. Белая королева и чёрный король могут на время объявить ничью...

Мой враг и одновременно мой друг.

Почему она продолжала ему помогать?

C коротким "спокойной ночи" он набросил на неё одеяло.

– Останься. Пока я не усну, - попросила она.

После секундного раздумья он опустился рядом, прислонившись спиной к диванчику, положив руки на согнутые колени.

– Зачем я

тебе здесь

нужен?

Она широко зевнула, как это делают маленькие дети.

– Мы можем присматривать друг за другом, как делали когда-то.

Хотя Лотэру тоже казалось, что вернулись старые времена, всё-таки он сказал:

– Ты всё равно не можешь мне доверять. Я обдумываю, не срезать ли твои волосы, пока ты спишь, чтобы иметь возможность пройти через Бич.

– Так и есть. Поговори со мной о другом.

– О чём?

– О чём угодно.

Вновь длинный выдох, а потом он начал рассказывать то, что лежало у него на душе:

– Я чувствую себя... старым, - он знал, что она поймёт, о чём речь. Однажды, когда они ещё были друзьями, он признался ей "Феникс, ты единственная, кто понимает истину "вечная жизнь - ничто иное как вечная кара"

– Лотэр, встречала я грязь, которая была нас моложе.

Он потёр ладонями лицо.

– Я не чувствовал себя старым, когда был с Элизабет. Я ощула себя молодым вампиром, который только начинает свои отношения с ней. Весь мир принадлежал нам.

– Завидую тебе.

Спустя несколько ударов сердца он признал:

– Я бы вновь отправился в могилу, если бы это заставило Элизабет полюбить меня.

– Ох, Лотэр, - вздохнула она, похлопав его по плечу, - я пыталась помочь тебе. Я присматривала за ней в Вал Холле. Показала ей, что она может находиться под солнцем.

– А она что?
– он развернулся лицом к Никс, - что она сказала? Упомянула меня?

Хотя Лотэр давным-давно поклялся никогда не делать подарка, не ожидая чего-то взамен, в конце концов он свою клятву нарушил.