Сирс строго на него посмотрел, и Парагон замолчал.

– Да, с этим мы хорошо знакомы.

– А сами игрушки у вас имеются?

– Четыре трубы сто миллиметров.

– А чушки к ним?

– Сколько надо?

– Надо, чтобы на объекте приземлились полсотни.

– Так, – Сирс распрямился и, постукивая пальцами по столу, посмотрел на товарищей. – Это значит надо брать штук семьдесят.

– Да, чтобы с гарантией, – кивнул Парагон.

– А что за объект, Руди?

Веллингтон посмотрел поочередно на всех присутствующих, потом покосился на кухонную дверь.

– Что, вот так прямо здесь и говорить?

– Говори, не бойся. Из нас никто не проболтается – мы друг за другом не один год приглядываем. А Лаура, если слышит… – тут Сирс заговорил громче: – То будет молчать, она знает, что за такие вещи бывает!

– Объект – ремонтно-перевалочная база особого пехотного батальона майора Земана.

Веллингтон ожидал услышать испуганные возгласы, вроде недавней реакции Баландеша, но все молчали, только Маккензи покачал головой и хмыкнул.

– А чего ты думал, тебе за такие-то бабки предложат деревенский магазин вскрыть? – заметил ему Сирс.

– Нет, про базу я как раз угадал, только я про другую думал. И еще о бабках – как ты себе это представляешь, Руди?

– Когда трубы предъявите, получите по штуке наликом. И еще нужно сделать карточки на имена всех участников – пусть вымышленные, это неважно, главное чтобы вы их потом сами не забыли. Карточки будут у меня, после завершения дела вы их получите, но уже с деньгами на балансе.

– То есть с четырьмя штуками?

– С пятью. Я же сказал – штука наликом только аванс.

– Уф, Руди! Ну ты жжешь! – покачал головой Парагон и стал вытирать раскрасневшееся лицо рукавом. – Прямо подбрасываешь дровишек и подбрасываешь!

– Дровишки не проблема, парень. Мне важно это сделать и точка.

– А зачем они тебе, Руди? – спросил вдруг Маккензи, глядя в стол. – По повадкам и прикиду ты вроде на нашей криминальной волне, а лезешь в политику. Ведь это политика, Руди, ты бледнолицый, значит, работаешь на человеков.

– Ну, я испытываю к человекам чувства, это нормально, – пожал плечами Веллингтон. – Но тут другое. Я с этим Земаном давно знаком, еще когда он капитан был и подвисал в игровом банке в Габеркуне.

– И чего? – подался вперед Парагон, самый доверчивый из всей группы.

– Он проиграл мне восемьсот деккеров, а на другой день пришел отыгрываться в долг. Влетел еще на штуку и пообещал вечером прийти в номер и отдать старинные часы «Дилмон» – механику с бриллиантами и эмалью. На тысячу восемьсот они, конечно, не тянули, но я решил, что это последнее, что у него есть, и не стоит дожимать вояку, все же он не нашего круга.

– Да, вояки они другие, – кивнул Баландеш, также увлеченно слушавший Веллингтона.

– Ну и вот, вечерком он прибыл с тремя дружками и с четырех стволов сделали из номера решето.

– А из тебя? – усмехнулся Маккензи.

– Тоже досталось, но не так, как им бы хотелось. Они ушли, я перебрался на больничку, но оказалось, что они об этом сразу узнали. И все повторилось, только теперь с больничной палатой. Пробирки поколотили, лампочки побили, бельишко – в лоскуты. Пришлось уходить через окно на втором этаже, хорошо, рядом деревце росло.

– И ты залег в надежном месте? – догадался Сирс.

– Залег, – кивнул Веллингтон. – Кровью харкал, все бабки на докторов извел. Туго приходилось, но все время грела мысль, что когда-нибудь я этого Земана достану. Причем так приложу, чтобы он это почувствовал.

– Но не факт, что мы его там достанем, Земана твоего…

– А мне это и не нужно, – улыбнулся Веллингтон. – Если выживет, я потом с ним свяжусь и напомню о знакомстве. Вот это будет приветик.

– Да-а, Руди, ты парень обстоятельный, – покачал головой Сирс, который заметно переменил к Веллингтону отношение. А вот Маккензи на него все еще косился, однако и в его глазах Веллингтон не видел вражды, только остаточное подозрение.

– Еще такой вопросик, Руди, – Маккензи поднял взгляд от стола и посмотрел на Веллингтона. – То, что у тебя есть бабки на дорогой коньяк, мы уже поняли. Но может, это была вся твоя наличка, наживка, так сказать, на крючок?

Повисла тяжелая пауза, даже кухонная дверь скрипнула как-то напряженно.

– Хороший вопрос, я все ждал, когда же вы его зададите, – улыбнулся Веллингтон, кладя руки на стол. – Вон они, деньги.

С этими словами он раскрыл пустые ладони, вызвав недоумение сидевших за столом. Потом повторил это движение уже быстрее, и на этот раз в его правой руке образовался веер из четырех купюр по тысяче деккеров.