– Джек, как у вас там? – спустя четверть часа, спросил Хирш, пользуясь дежурной волной.

– У нас порядок, командир, – ответил за Джека агент.

– Да, все нормально, – подтвердил Джек, стараясь, чтобы его зубы не стучали.

– Понял вас. Предположение есть, когда закончите?

– Полчасика… – после паузы ответил агент, как показалось Джеку, слегка раздосадованный вмешательством Хирша. Впрочем, Хирш оказался ни при чем, просто хитроумный прибор никак не хотел цепляться за очередной отладочный канал.

– Ну же, ну… – потряс коробочку агент.

– А далеко она берет? – шепотом спросил Джек.

– К счастью, не очень.

– Почему к счастью?

– Потому, что здесь нельзя использовать кодирование, сигнал идет открытым.

– Могут перехватить?

– Уже перехватили…

– Правда, что ли? – привстал Джек, разом забыв, что только что замерзал.

– Правда. Глушить начали, не могу на «сато» зайти.

– Там и «сато» есть?

– Восемь штук… Да что же ты не хочешь-то, а?

Джек вынул пистолет и, прижавшись к траве, стал озираться, но пока не было слышно ни приказов рассыпающейся цепи, ни лязга затворов и лая собак. Может, агент пошутил? Может, это у них юмор такой особенный?

– Есть, пролез… – сообщил агент и хрипло захихикал. – А то прямо нехорошо как-то. Я б сегодня не заснул, если бы не распечатал хоть одного «сато».

– А других распечатали?

– «Гассов» – да. Пять бортов уделали по полной, так что готовься бежать.

– Мы уходим?

– Нет, приятель, мы бежим так быстро, как только можем, – все так же шепотом произнес агент, потом резко вскочил и понесся обратно к воронке, где Джек спрятал своего «таргара».

– Тед! Мы отходим!.. – крикнул на бегу Джек, едва поспевая за агентом, полы плаща которого трепетали, словно флаги на ветру.

– Я уже понял, вижу вас… От базы идут преследователи – количество уточняется.

– Понял!

До «таргара» донеслись мигом, и агент, не останавливаясь, побежал дальше – к скутеру, а Джек быстро поднял кабину, дал «таргару» ход и, выбравшись из воронки, сообщил:

– Тед, я в машине!

– Правь в мою сторону, я понемногу сдвигаюсь к балке.

– Но там же мины!

– Это единственное укрытие, а они приближаются очень быстро.

– Сколько их?

– Пока четыре борта. Это «гассы», Джек.

– Ах, как они не вовремя! Запроси агента!

– Уже запросил. Он отсидится в кустах, пока мы будем отрываться.

– Приятно слышать. Тогда полный газ…

Яркая панорама инфракрасного экрана скакала перед глазами, и временами Джеку казалось, что он теряет ориентацию – даже показания приборов выглядели бессмысленными, но затем он встряхивал головой, бросал взгляд на окошко радара, где, растягиваясь в цепь, двигались «гассы», и старался не думать о том, что им с Хиршем делать, если противник ударит ракетами, ведь у них не было ни одного пээрзэ.

Сверкнула яркая молния, желтая на экране и голубоватая в реальном цвете. Это ударил гуасс Хирша.

– Попал? – спросил Джек, но Хирш не успел ответить, когда ответили «гассы». Их снаряды взметнули землю с недолетом метров в тридцать, накрыв «таргара» комьями мокрой земли и длинными корневищами трав. Затем ударили их пулеметы, скорее для освещения поля боя, и расходившиеся веером трассеры освещали все ярко, как на городской улице.

Джек увидел «грея», который вприпрыжку скакал чуть впереди и левее.

– В балку, Джек!

– Давай!

Машины соскочили в огромную канаву и, разбежавшись, насколько это было возможно, по заросшему кустарником дну выскочили на левый склон, чтобы избегать перетяжек. И хотя легкие машины были более проворны, чем «гассы», на противника работало знание местности, где он отлично ориентировался даже ночью по приборам.

– Сдается мне… что они нас сейчас перехватят там – у поворота!.. – крикнул Джек, больше по памяти вспоминая маршрут, чем ориентируясь по карте. Ну какая тут карта, если по машине хлещут кусты, а над головой то и дело проносятся трассеры.

Пару раз противник уже бил бронебойными, а какова их мощь, Джек недавно проверял на броне «стрейлисов». Но «стрейлисы» были покрепче, у «таргара» шкура тоньше!

Щелк! Бам! – Джек видел, как по скакавшему чуть выше «грею» ударили пули, выбив искры и уйдя в рикошет. И тут же – бам-трах! Врезали по опорам «таргара». Мигнула лампочка потери масла, но тут же погасла. Что там случилось? Может, масло хлещет, а сорванный датчик ничего не показывает?

Мысли одна неприятнее другой замелькали в голове. Камера заднего вида уже устойчиво выхватывала то одного, то другого «гасса», которые поддерживали свой напор турбинами накачки, отчего в инфракрасном режиме становились похожими на фонтанирующих огнем монстров.