Естественно Гриша мой план не одобрил, но согласился, что шанс на благополучный исход есть.

– Согласен, в ящиках золото, - потыкал он в рисунок залива на песке: - Но ты не знаешь, какая там глубина на месте стоянки.

– Это уже не мое дело. Так давай еще раз вслух обсудим мой план. Я предлагаю, ты критикуешь, так мы быстрее найдем слабые и сильные стороны.

– Хорошо, - согласился Гриша: - Начинай.

– Значит, план у меня такой. Я пробираюсь на гидросамолет и угоняю его. На самолете, кроме дополнительный баков, подвешены авиабомбы, их хвостовики я

отчетливо рассмотрел во время наблюдения. Дальше взлетаю…

– Насчет угнать спорить не буду, у тебя это происходит не в первый раз, но как взлететь? Посмотри на море, волнение усилилось, - ткнул в океан Гриша. Он был

прав, поднялся ветер и волны стали выше, играя барашками. Мы как опытные Робинзоны знали, что это признаки преддверия бури, но не урагана. Те налетали

внезапно.

– Потрясет, конечно, но взлететь можно. Там не такие сильные волны, скорее рябь. Дальше. Взлетаю и сразу же захожу на лодку со стороны открытого моря, как

раз на корму. Главное чтобы у япов расчеты не успели занять свои места у зениток. Второго захода они мне сделать не дадут, срежут, как не фиг делать срежут.

– А попадешь в лодку?

– В Центре нормативы по бомбометанию сдал, но не ас я в этом деле, должен понимать. Поэтому хочу атаковать с кормы. Заходить на шестидесяти метровую цель

легче, чем на пятиметровую, если буду заходить с боку.

– Понятно. Вот допустим, у тебя все получилось. Что ты предпримешь дальше?

– Перелечу остров, чтобы не попасться на зуб зениткам на разведчике, облечу и уйду в открытое море.

– Почему?! – искренне удивился Гриша.

– Если сяду на острове подставлю вас. Наблюдатели это наверняка заметят. Если на соседний остров та же фигня, пошлют десантную партию, а то и просто

разведчик, не отобьюсь. Выход у меня один, лететь на встречу «Разящему».

– Но как ты его найдешь в открытом океане?! – изумился Гриша.

– Смотри, - я начертил круг метрах в трех от других рисунков: - Вот тут проходил наш маршрут и тут находиться зона поисков.

– Это сколько от нас? – с подозрением спросил Гриша.

– Почти тысяча миль от нашего действительного места пребывания, - признался я: - Когда я был в радиорубке на японце, то видел немецкую карту на столе, там

это место было обведено жирным кругом.

– Далеко.

– Да. Если эсминец искал нас там, то с момента наших переговоров за сутки он примерно должен быть здесь, - я нарисовал еще один круг, между зоной поисков, и

нашим местопребыванием.

– Ты уверен?

– Скорее предполагаю, чем точно уверен. О чем это я? Ах да, это примерно в четырехстах, пятистах милях от нашего острова. На самолете дополнительные баки,

значит, его собирались отправлять дальний маршрут. В общем горючего мне хватит, если экономить, то возможно и на обратный путь останется. Если не найду

«Разящий» конечно. Тут главное уничтожить у немцев транспортное средство, то есть лодку, - потыкал я в рисунок залива: - Или хотя бы повредить, чтобы не

могла уйти под воду.

– План не плох, и если бы не множество «Если», то вообще отличный. У меня вот тут мысль возникла, угнал ты самолет, но ведь кабина открытая, как будешь

лететь без очков? А?

– Очки должны быть в самолёте, вот если их нет, это действительно проблема.

– Но их все-таки может не быть?

– Допускаю такой вариант, - вздохнул я: - Технические службы у всех разные. Каждый поступает по-своему. Если очков не будет, то задача усложнится, что есть,

то есть.

– Когда собираешься действовать?

– Да прямо сейчас.

Договорить мы не успели, появилась Амелия, с добытым пропитанием в руках. Мы быстро руками разбросали песок, закидывая наши рисунки.

– Вот, это я нашла в джунглях. Все съедобное, - высыпав корешки и клубни на один из жилетов, сказала она.

– Мисс Эрхарт, можно задать вам вопрос? – пробуя на вкус один из клубней, сказал Гриша.

– Да, спрашивайте, - улыбнулась она.

– Когда вы покидали самолет, вы сохранили летные очки?

– К сожалению нет, они остались в самолете, я обронила их в салоне. А в чем дело?

– Нам были нужны очки, - со вздохом пояснил Гриша, я только молча в согласии кинул головой.