— Готовьте оружие!

Никто из сёрчеров не стал задавать лишних вопросов. Путешественники мгновенно собрались в круг и повернулись спинами друг к другу.

Мелон бросил поводья буйволицы и стянул с плеча метатель.

Но ментальное воздействие усиливалось. Голова Кийта наполнилась тупым угрожающим звоном. Однообразное монотонное гудение нарастало и разбухало, врываясь в каждую клетку мозга.

Он почувствовал сильное покалывание, точно десятки острейших лезвий одновременно впились в голову. Ему даже показалось, что левая половина мозга просто начинает неметь.

— Что происходит! — отчаянно закричал вдруг Мелон. — У меня что-то с руками! Не могу ничего делать!

Мощные парализующие импульсы, исходящие со всех сторон, сковали его волю. Сёрчер дрожал от напряжения, пытаясь вставить заряд в карабин, но ладони его словно приросли к прикладу, и он не мог даже пошевелить пальцами.

Остальные путешественники изумленно стонали, пытаясь понять свое странное состояние.

— Прах меня побери! Я потерял свою силу, — взревел по-медвежьи Джиро. — Что происходит?!

Чернокожий гигант обливался ручьями пота, но никак не мог приподнять древко короткого копья, которое он обычно крутил одним пальцем. Все остальные тоже находились в похожем состоянии и безуспешно боролись с внезапно накатившей слабостью.

Казалось, что никто из них не может шевельнуться. Положение стремительно ухудшалось.

Даже буйволицы кау, обычно невозмутимые и спокойные, чувствовали что-то неладное. Животные нервно вращали глазами и тихо постанывали.

Прошло всего несколько секунд, а все сёрчеры уже дышали тяжело, они едва могли вздохнуть и жадно хватали воздух губами, точно ни у кого не было сил даже наполнить легкие.

— Сделай что-нибудь! — просипел Джиро, отчаянно вращая выпученными глазами. — Клянусь светлым ликом Троицы, если ничего не изменится, нас всех смогут зарезать маленькие дети, едва дотягивающиеся до обеденного стола.

Кийт понял, что где-то неподалеку находится шайка лемутов, причем совершенно непохожая на мелких пакостников, обычно хозяйничавших в глубине здешних лесов. Он слышал, что совсем недавно некоторые разновидности мутантов сделали важный шаг в своем развитии и научились концентрировать свою волю. Причем до такой степени овладели телепатическим оружием, что не только мысленно могли контактировать друг с другом, а даже способны были проникать в человеческое сознание и подавлять сопротивление своих жертв.

С такими тварями ему еще не доводилось встречаться!

Он стоял, как вкопанный, и не мог даже шевельнуть рукой, лежащей на ментальном рефлекторе!

Невероятная телепатическая власть противников сковала человеческую волю. Невидимые ментальные тиски стиснули не только сознание, но и тело, заставив Кийта недвижно застыть на месте. Он мог еще ощущать окружающий мир и сознавать, что с ним происходит. Но пошевелить даже пальцем руки он был не в силах…

Собрав все внутренние силы, Кийт постарался сконцентрироваться. Он поставил перед собой только одну задачу — порвать незримое кольцо ненависти, которая все теснее, как петля, смыкалось вокруг путешественников.

Казалось, что ничего не получится…

Сил не хватало, и дрогнувшее сознание стало излучать волны отчаяния, расходящиеся во все стороны, наподобие кругов на воде. С каждым витком они расширялись все дальше и дальше, охватывая пространство, доступное ментальным способностям Кийта.

В этот момент произошло нечто невероятное.

В его голове совершенно отчетливо прозвучало мысленное послание:

«Держись, Соколенок, держись!»

Как ни был напряжен Кийт, из груди его вырвался вопль изумления, а глаза непроизвольно округлились.

Голос, который только что уловил внутренний слух, не имел тембра. Это был хотя и бесплотный голос, но удивительно знакомый, и похожий на голос только одного человека в мире!

«Держись, Соколенок, держись!» — совершенно отчетливо повторилось послание еще раз.

Фиолетовые фосфоресцирующие молнии полыхнули перед глазами Кийта. Ослепительные зигзаги врезались друг в друга и разлетелись бесчисленными аляповатыми брызгами. Озарилось все вокруг, и ему показалось, что это свечение, возникшее у него перед глазами и невидимое для друзей, заполнило лесную поляну, окутывая всех искателей защитной аурой.

Исчез тревожный звон, еще недавно угнетавший его слух. Застывшие фигуры путешественников ожили, и лица их прояснились.

Раздались оживленные крики и вздохи облегчения.

— Что это было, прах меня побери? — пробасил Джиро, изумленно рассматривая копье. — Ничего не понимаю!

Сейчас он легко вертел увесистое копье между пальцами, удивленно посматривая вокруг. Он перебрасывал его из левой руки в правую, отчего на груди прыгал массивный серебряный крест с изображением Распятого Спасителя.