Шрифт:
– Как ты себя чувствуешь?
– Я не знаю. Все, о чем я могу думать, это Ребекка. И Элиас. Я теперь знаю, как им было страшно. Как они сопротивлялись. И этот голос, который как будто считал, что имеет право решать, жить нам или нет, который говорил, что все бессмысленно… Я просто в бешенстве!
Директор серьезно кивает.
– Если бы с тобой сегодня ночью что-то случилось, я бы никогда себе этого не простила, – говорит она. – Я знаю, вы не доверяете мне. Но я только следую рекомендациям Совета.
Это звучит так, будто она извиняется.
– Вы имеете в виду, что Совет не прав?
– Нет, – с нажимом говорит директор. – Конечно же нет. Я просто хотела бы иметь возможность сделать для вас больше. Я знаю, вы считаете меня Снежной королевой… – Она делает короткую паузу. – Но я беспокоюсь за вас. Я беспокоюсь за тебя, Мину. Я очень не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. И то, что произошло с Элиасом и Ребеккой, мучает меня больше, чем вы думаете.
Оказывается, под холодной маской директора скрывается живой человек.
– Ты должна обещать мне быть осторожной и не делать ничего по собственной инициативе, – продолжает Адриана. – Я понимаю, как это трудно, но мы должны доверять мнению Совета. И изучать Книгу Узоров.
В первый раз директор сказала «мы», не имея в виду себя и Совет.
– Обещаю, – говорит Мину, опустошает свой стаканчик и ставит его в держатель между сиденьями. – Мне нужно домой.
– Подвезти тебя?
Мину качает головой.
– Нет, спасибо, – отвечает она, вылезая из машины.
– Помни, что я сказала, – предупреждает Адриана, когда Мину закрывает дверь машины.
Мину послушно кивает ей и машет рукой.
Как только машина директора исчезает за поворотом, Мину достает телефон и звонит Николаусу. После нескольких минут разговора они решают, что следует делать. Все, что сказала директриса, только подтвердило их опасения. Ждать, пока она и Совет что-то решат, невозможно. Они должны сами бороться за свою жизнь. Пока она у них еще есть.
42
Скрип резиновых подошв об пол, злые и радостные крики, глухой звук ударов ногой по мячу. Так хорошо знакомый школьный спортзал становится совсем другим, когда здесь проводит свои тренировки футбольная команда «EIK». Энергия концентрируется, но запахи остаются те же: пот, резина и спертый воздух.
Невидимая Ванесса сидит в зоне болельщиков, пытаясь, чтобы убить время, смотреть тренировочный матч. Получается плохо. Она никогда не понимала, как люди могут тратить время на такую бессмысленную вещь, как погоня за мячом, и уж тем более смотреть на это со стороны. Есть миллиард вещей, которыми она бы занялась охотнее, чем слежкой за Густавом.
Если Густав и есть тот убийца, который состоит в сговоре с демонами, он великолепно это скрывает. Ванессе пришлось потратить на это заведомо пропащее дело не меньше половины рождественских каникул.
Тренер «EIK» – накачанный папа Кевина Монсона – свистит в свисток. Ванесса смотрит на большие часы, висящие над гимнастической стенкой. Наконец-то. Парни на площадке собираются группой, хлопают друг друга по спине, пьют воду из пластмассовых бутылок, меряются силами и орут. Ванесса нетерпеливо вздыхает. В такие моменты она вспоминает, почему никогда не хотела иметь бойфренда-сверстника.
Она крадется вниз со скамеек и присоединяется к футболистам. Теперь она уже знает, что, занимаясь слежкой, нельзя пользоваться духами и мыть голову. Однажды она допустила эту оплошность, и Кевин Монсон сразу завопил, что кто-то пахнет, как пидар, и начал водить носом, как собака-ищейка, чтобы найти виновного.
Ванесса идет за футболистами в раздевалку. Парни начинают расшнуровывать кроссовки и снимать потные майки. Они роются в сумках в поисках полотенец и геля для душа.
Это все равно что попасть в параллельный мир, тайный мир мальчишек. Вот самые красивые парни школы намыливают себя в душе. А вот Кевин, сидя в одиночку в раздевалке, заметил прыщ на верхней части руки, высосал содержимое и сплюнул в урну. Есть вещи, которые Ванесса и рада была бы не знать. Но они не могут остаться незамеченными, как ни старайся.
Густав не такой, как другие. Он не стремится быть на виду. Как будто ему нечего доказывать. Наверно, поэтому в него влюбляются все девчонки.
Он сидит сейчас в сауне. Кожа блестит от пота. Рядом другие парни, но он как будто не с ними. Ванесса видит сквозь стекло в двери, что он только притворяется, будто смеется шуткам приятелей. Но они этого, похоже, не замечают, и Ванесса думает, был ли он таким до гибели Ребекки.
До того, как он убил ее.
Если это был он. Действительно ли это был Густав?