Рано утром они все, за исключением Иды, встречались у Николауса. Они встречаются там каждое утро с момента нападения на Мину, чтобы учиться давать отпор магическим атакам.

Тренировки обычно проходят так: Анна-Карин пытается заставить их, одну за другой, сделать что-то, а они стараются заблокировать ее усилие. Анна-Карин долго не соглашалась на это, но в конце концов сдалась.

– Но я буду делать только безобидные штуки, – сказала она.

И в следующую секунду направила свою силу на Мину, которую охватило невыносимое желание спеть попсовую песню из мюзикла. Она протараторила целый куплет и припев, прежде чем ей удалось заблокировать остальное.

– Это не безобидное, – сказала красная как рак Мину.

С тех пор упражнения были предельно просты. Анна-Карин заставляет девочек, к примеру, поднять ручку с пола, а они пытаются противостоять импульсу.

Чтобы Анна-Карин тоже могла практиковать защиту, Николаус сегодня утром предложил, чтобы Ванесса сделалась невидимой, а Анна-Карин постаралась увидеть ее. Она была вся в поту от напряжения, но в конце концов ей это удалось – и Ванесса сильно расстроилась.

– Теперь мне еще меньше хочется идти на встречу с приятелем демонов, – сказала она, уходя следить за Густавом.

Мину и Анна-Карин прямо от Николауса отправились в «Болотные Копи», на лекцию директрисы.

В голове у Мину звенит. Ей хочется лечь и заснуть прямо здесь, посреди танцплощадки. Директор талдычит про Книгу Узоров, Мину, Анна-Карин и Ида настраивают свои Узороискатели, листая непонятную книгу.

– Мину!

Мину вздрагивает: а что, если она все-таки на секунду заснула? Она поднимает голову и встречается глазами с директором.

– Ну как? Видишь что-нибудь?

Адриана Лопес неутомима и полна энтузиазма. Мину поворачивает Узороискатель и качает головой.

– Крайне важно, чтобы вы старались, – говорит Адриана. – Я бы желала знать, почему ни Линнея, ни Ванесса не принимают наших занятий всерьез. Вы знаете, почему они не приходят?

– Нет, – отвечает Мину, качая головой.

Почему Линнея не здесь, вряд ли нужно объяснять – директор знает это не хуже них, – а про Ванессу Мину едва не начала рассказывать длинную историю: какой больной она выглядела накануне, просто ужасно больной, и, кстати, вроде она во время рождественских каникул обычно ездит к родственникам куда-то на юг, кажется в Испанию…

Мину однажды видела передачу про то, как разоблачают лжецов. Самый очевидный признак вранья – слишком большое количество подробностей в рассказе, переизбыток деталей. Поэтому сейчас Мину пытается удержать слова, что рвутся у нее с языка.

К счастью, ее перебивают.

– Мне кажется, я что-то вижу, – слышит она чей-то голос.

Мину поднимает взгляд. Ида сидит, скрестив ноги, и смотрит через Узороискатель в раскрытую книгу, лежащую у нее на коленях.

– Сначала была просто куча знаков, а потом… Я теперь понимаю, что вы имели в виду.

– Что ты видишь? – спрашивает Мину. – Я имею в виду, картинку или слово…

Но ее никто не слушает. Директор одним прыжком подлетает к Иде и захлопывает книгу.

– Вы что делаете? – кричит Ида.

– Открой снова, – говорит Адриана. – Открой и сосредоточься на том, что именно ты ищешь. Если ты однажды увидела что-то в Книге Узоров, ты сможешь снова это найти.

Ида недовольно оттопыривает нижнюю губу, но делает так, как говорит ей директор. Она усиленно морщит лоб, стараясь сконцентрироваться, и листает книгу, держа у глаза Узороискатель. Она настраивает его и листает, настраивает и листает.

– Вот! – кричит она. – Я вижу!

Директор смотрит на нее с таким трепетом, что Мину охватывает сильная зависть.

– Но это по-прежнему знаки. Это не похоже на текст, но я все равно вроде понимаю, о чем это, – говорит Ида.

– Так это обычно и бывает, – терпеливо отвечает директор. – Что она говорит тебе?

Мину хватает записную книжку и напряженно слушает.

– О’кей. Она говорит что-то типа: это создано для одного. И тогда все получается супер. А если их больше, то кто-то один всегда остается за бортом. А если тот, кто за бортом, исчезнет, то тогда за бортом оказывается следующий. И еще следующий. И следующий. Пока никого не останется.

Мину опускает ручку. Она ничего не понимает.

– Что такое «это»? – спрашивает Анна-Карин.

– Это как бы… такая вещь. Она связана с нами.

– Какая вещь? – раздраженно переспрашивает Мину.

– Как этот… да блин, я не могу объяснить. Как будто какая-то атмосфера, что ли.

Мину еле сдерживает бешенство:

– Атмосфера? Ну, давай же, Ида, постарайся объяснить точнее.

– На, читай тогда сама! – говорит Ида, добавляя со своей фирменной ядовитой улыбочкой: – Ой, прости. Я и забыла, что ты не умеешь.